В краудфандинге деньги - это не просто деньги.
Но с деньгами так почти всегда -
они редко когда просто деньги,
а когда они просто деньги, это же самое ужасное.
И если думать о них просто как о деньгах,
то главное-то и упустишь.
Наоборот: деньги - это способ, благодаря которому
человек может принять участие и чувствовать себя приобщенным
к чему-то для себя очень важному.
Просить денег у незнакомых людей на то, что нужно лично вам,
и ожидать, что они вот так просто их дадут,
так не бывает.
Краудфандинг это другое.
Это завершающая точка в конце долгой карьеры и длительных
отношений, где вы многие годы создавали произведения искусства,
которое находило отклик в сердцах и без которого люди не могут жить.
А уже потом, когда они вас полюбили,
когда вы стали частью их жизни, вот тогда вы уже можете сказать:
“Слушайте, ребята, хотите мне помочь
в создании моего самого главного произведения?”
Краудфандинг - это двигатель творческого созидания.
Вы создаете творческую группу,
которая собирается и говорит:
“Вон тот претворил свой проект в жизнь,
и вот этот претворил свой проект в жизнь.
Значит и я могу претворить свой проект в жизнь.”
Краудфандинг - это, наверное,
самое значительное общественное явление
СТИВЕН ДЕНГЛЕР ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ
последних 20 лет, и я не уверен, что
его культурное значение смогут полностью оценить
раньше чем через 20, 50 или 100 лет.
Я думаю, только задним числом
люди поймут, насколько важным был этот перелом в сознании.
Дело же не в той вещице, которую вы получите в подарок,
а в том, что благодаря вам что-то обрело жизнь.
Это дает редкую возможность почувствовать, что объекты,
которые мы видим в мире, приобрели жизнь благодаря нам.
Одна из самых классных черт краудфандинга – оно дало нам
возможность запустить в жизнь то,
что раньше было бы невозможно.
Ведь было как. Приходишь к бизнесмену
и говоришь: «Слушай, бизнесмен, тебе нравятся наши идеи?»
Мы раздеваемся догола, бегаем и валяем дурака.
«И, кстати, мы придумали такую штуковину,
которая натягивается на бутылку любого размера.
Не хочешь ли дать нам деньжат на развитие этой штуки?»
Ну и что бы нам ответили? «Нет, ребята, вы с ума сошли»
А тут ты закидываешь идею,
и если ее принимают,
ты уже не один! У тебя уже есть компания!
О, класс! С этим уже можно что-то делать.
Не думаю, что во мне было бы столько энтузиазма,
если бы наше сообщество не было так вовлечено в эту идею.
«Фрикер» - это компания, в основе которой – народ.
То есть, мы начали с сообщества.
Наше сообщество не стесняется говорить,
а мы их внимательно слушаем.
Потому что не слушать нельзя.
Ведь хорошие идеи могут в любой голове появиться,
так почему же их не слушать?
Мы встречаемся с ними и слушаем их отзывы,
и даже придумали конкурс,
где люди могут сделать свой собственный «фрикер-дизайн».
В нашей линейке «Тредлес»
мы проводим открытый конкурс на лучший дизайн.
Я не знаю, что это такое...
Не знаю.
Может быть, орущая ведьма?
Мистер Пэйн. Зовут Мистер Пэйн.
Просто невероятно, что столько людей
присылают свой дизайн и свои идеи.
И всегда классно слышать отзывы о своей работе.
«Фрикер» стал для меня возможностью, счастливым шансом
добиться чего-то.
Ведь если вы не хотите воевать со своими клиентами,
если не хотите быть в ситуации, где нужно идти на компромисс,
то вот «Фрикер» и есть та самая компания.
Это и есть бескомпромиссное видение.
Я всегда говорю, что мне никто не доверял делать то, что я хотел,
пока мы сами не сделали то, что считали нужным.
Краудфандинг – это, я думаю, довольно просто.
Вы, по сути, говорите так:
«Вот проект, на который мне нужны деньги».
Это может быть все что угодно – от кинофильма до часов.
Буквально, все что угодно.
Вы говорите: «Вот такая идея,
вот почему это важно,
и вот почему я считаю, вы должны дать мне на нее деньги».
И в обмен на их финансовую помощь
люди получают какие-то подарки или впечатления -
вещи, которые им дороги, но вещи разной стоимости.
Например, подарок в 20 долларов,
или 50 долларов или 100.
И люди могут выбирать.
Они сами решают в какой мере им принять участие.
Но главный залог успеха - это то, что происходит,
когда ставится цель, но этой цели не достигают.
Как, например, на Кикстартере, где цель может быть 100 000 долл.,
но если проект не достиг этой цели,
то с вашей карты никаких денег не снимают.
Проект не получает финансирования и деньги возвращаются людям.
Либо проект находит деньги каким-то другим способом,
либо он умирает.
Но видя перед собой эту цель, что-то включается психологически.
«Я ужасно хочу, чтобы этот проект получил финансирование,
и ведь не хватает всего 15 000 долл.
и осталось всего 24 часа...
И вот я уже посылаю твит и помещаю информацию на Фейсбук.
Что-то такое в этом приближающемся сроке,
в том, что оно может вдруг безвозвратно исчезнуть, -
вот что толкает этот процесс.
Сегодня люди связаны между собой
больше, чем когда-либо в истории человечества.
И вот эта гиперсвязь между людьми и есть та инфраструктура,
на основе которой строится краудфандинг.
Сегодня все в каких-то соцсетях – на Фейсбуке,
Твиттере, Инстаграме, их уже так много
и они будут меняться.
Но что важно, соцсети создают диалог
между худжником и его поклонниками.
Xудожники должны воспользоваться этой новой возможностью
и найти новые творческие способы, чтобы выделиться из толпы.
В детстве ребенок мечтает,
кем он будет, когда вырастет.
Но когда он вырастает, уже ближе к колледжу,
он начинает думать, мне надо стать обязательно бизнесменом,
адвокатом, врачом, или чем-то в этом роде.
Потому что вокруг тебя все говорят,
искусством себя не прокормишь,
это нельзя и то нельзя.
И я пробовал и то и другое,
но всякий раз мне становилось безумно скучно.
И я чувствовал, что делаю что-то не мое.
и всегда возвращался к рисованию, к искусству
в той или иной форме.
У меня это заняло немало времени придти туда, где я сегодня,
но я ни о чем не жалею и не стал бы ничего менять.
Благодаря моему брату, который живет на другом конце страны
мы связывались через могучий интернет - гугл хангауты -
и делились друг с другом идеями и концепциями всего на свете.
Доктор Джоунс, ваши документы не в порядке.
И когда я вскользь упомянул брату,
что хотел бы сделать дизайн игральных карт,
он сказал, надо сделать колоду карт, которая будет
выглядеть, как деньги.
НАЗВАНИЕ ПРОЕКТА «ФЕДЕРАЛ 52»
НОВАЯ КОЛОДА ИГРАЛЬНЫХ КАРТ КОМПАНИИ «BICYCLE»
СОЗДАТЕЛЬ ДЖЕКСОН РОБИНСОН
Когда я поместил этот проект, на многое я не надеялся.
Может быть, думал, наберется
несколько человек, которым будет это интересно.
Может быть, мне удастся еле-еле
набрать необходимый минимум,
чтобы уплатить за минимальный заказ
«Юнайтед Стейтс Плеинг Кард Кампани»,
который они требуют, чтобы отпечатать новую колоду.
Я-то думал, что найдется,
может быть, несколько человек,
которые захотят поддержать мой проект.
А оказалось, что их нашлось несколько сотен.
У меня перед глазами растет и разрастается нечто живое,
ничего подобного в моей жизни раньше не было.
И когда я, закончив работу,
отхожу от компьютера,
я вдруг отчетливо понимаю,
что мне бы хватило и меньшего.
Хватило бы и 7 000 долл.,
я ведь все подсчитал...
Но за последние три дня
я получил больше денег,
чем получаю за пару месяцев.
А ведь это только первые три дня.
А что же будет через 30 или 40 дней?
Потенциал, сами понимаете, может быть огромный.
В то же время немного страшновато,
что я сам все испорчу, и что тогда делать?
Осталось 36 дней.
Если людей заинтересованных в чем-то -
всего несколько человек,
то в старое время их можно было найти
только среди друзей и соседей.
Найти толпу единомышленников было бы невозможно.
Но сегодня весь мир - это твоя толпа.
И ты можешь весь мир познакомить с тем, что ты делаешь.
Раньше нам нужны были большие компании,
большие капиталы и большое количество людей,
чтобы начать что-то новое.
Теперь это все можно сделать самому.
В краудфандинге уже заметна эволюция,
в том, что финансовая поддержка идет к тем людям, которые уже
добились успеха
как производители культурных ценностей.
Поэтому те люди, которые уже сняли успешные кинофильмы
при поддержке больших киностудий,
или музыканты, перед которыми открыты двери студий звукозаписи,
вместо того, чтобы снова стучаться в эти двери,
они используют крадуфандинг.
Мои родители подарили мне компьютер Apple II
когда я был в старших классах школы.
и у меня как будто глаза открылись.
Сначала ты играешь в игры или используешь программы,
придуманные другими людьми.
Но в какой-то момент ты думаешь про себя,
что ведь и я так могу.
Или даже лучше.
Я начал компанию «Интерплей»
в октябре 1983 года.
Когда ты начинаешь свою собственную компанию,
есть вещи, которые ты вынужден делать,
а уже потом, добившись успеха, ты можешь делать все что хочешь.
Мне всегда хотелось сделать что-нибудь
в постапокалиптическом жанре.
И мы создали игру, которая называлась «Пустошь».
Мы ее выпустили в конце 88-го или начале 89-го, кажется,
и она стала настоящим хитом,
своеобразным культовым феноменом.
Мы не навязывали игроку моральные ценности,
а, наоборот, создавали ситуации,
где моральный выбор был за игроком.
Игрок должен был сам разобраться, что хорошо и что плохо,
и, бывало, он чувствовал себя виноватым,
когда приходилось совершать определенные поступки.
И это было довольно уникальным в то время.
Мы, конечно, понимали, что мы находились на пороге
чего-то очень интересного.
И я сразу же захотел сделать продолжение «Пустоши».
Я докучал компании «Электроник Артс»,
стучался в их двери, звонил и писал.
Но все впустую.
Потом я проработал в «Интерплей» до 2002 года,
но ушел из компании, которую сам же и основал,
и оказался в одиночестве –
человек без постапокалиптической лицензии.
Наконец, мне удалось
договориться и вернуть себе права на «Пустошь».
Теперь, спустя десять лет,
я мог делать продолжение «Пустоши».
И я начал обращаться к издателям.
Приходил на встречу и, помню,
говорил: «Перед нами великолепная возможность».
Я езжу по всему миру.
и где бы я ни был, на любом пресс-туре,
не важно в Китае, Сингапуре, Франции
или Германии, всегда спрашивают о «Пустоши».
С этим я и приходил к издателям,
но до вопроса «А сколько это будет стоить?» даже не доходило.
Целые 10 лет я бился в закрытые двери
и недоумевал – в чем же дело?
Были поклонники, которые ждали продолжения этой игры,
были такие как я, которые хотели ее сделать,
но между нами стояли торговцы,
как сторожа у ворот,
которые не позволяли этому взаимовыгодному обмену произойти.
И тут появляется краудфандинг.
Кардинальная перемена. Видеоигра собирает
на Кикстартере 3 миллиона долларов!
В тот момент, когда я всерьез занялся краудфандингом,
я сразу же понял его силу и способность избавиться от
этого сторожа у ворот
и предоставить мне прямой контакт с потребителем.
Но первое, что я сделал, это организовал форумы,
чтобы говорить с пользователями напрямую.
Это первое, что я сделал.
Какой они хотели видеть следующую «Пустошь»?
Совпадают ли мои идеи
с тем, что хотят люди? И что же?
Оказалось, они хотели того самого старого опыта ролевой игры,
который я и сам хотел воссоздать!
И ведь мы просили денег больше, чем кто-либо
когда-либо просил до нас.
Но у меня не было выхода, я не смог бы сделать
игру того качества, которое они хотели, за меньшие деньги.
Просто не смог бы.
Вы можете потратить деньги
на какие-то вещи, которые
будут стоять и собирать пыль.
Или вы можете вложить деньги в живое дело -
в проект, который принесет пользу многим людям.
Это то, что объединяет людей, тысячи людей, которые хотят
сделать что-то стоящее вместе.
Для меня это гораздо интереснее.
Понимаете, если я с детства люблю что-то, я и сейчас захочу
принять в этом участие - и чем больше, тем лучше.
Я хочу продолжать быть частью этого – и чем больше, тем лучше.
Быть ребенком, играть в эту игру,
наслаждаться тем, что она есть, как, например, в случае
с «Пустошью»,
и теперь – уже взрослым – иметь возможность снова
принять в ней участие, но уже с гордой мыслью «Я могу помочь!» -
это, знаете, очень даже здорово.
Ощущение незабываемое, иначе не скажешь.
Я страшно нервничал.
Помню, наутро
мы все встали часов в 6.
И случилось как в той телерекламе,
где люди прыгают от радости,
когда крутится счетчик, отсчитывая деньги...
Крутится и крутится и крутится...
Весь день я не хотел ни с кем говорить.
«Не звоните мне, не пишите, я не хочу разговаривать...»
Я слишком нервничал.
Но, конечно, на моем телефоне «100 000», «200 000»
- все шлют эсэмэски.
А я думаю, «Ну, на второй день начнется спад».
Я же не знал, что будет, понимаете?
Но на следующее утро никакого спада нет.
И мне звонит один парень -
он был одним из наших крупных поклонников
- и говорит, «Слушай, если будет не хватать, я доплачу».
И вот в тот момент я подумал, «Пробьемся!»
При цели 900 000, собрано 2 933 252!
Я вырос в Бруквилле, штат Пенсильвания,
где много сельской местности и аманитов.
Живя в маленьком городе,
мне ни с кем не надо было знакомиться
или заводить первый разговор,
потому что я всех уже и так знал,
все уже и так были моими друзьями,
мы знали друг друга с детского сада.
Поэтому мой план был просто
выйти в большой мир, а там будет что будет.
Я посмотрел на карту и увидел Северную Каролину,
город Уилмингтон, и подумал «Уилмингтон -
знакомое название. Где-то я его уже слышал.
Рядом с пляжем.
Похоже, классное место».
И вот с 50-ю долларами в кармане
я еду в Уилмингтон.
Захожу в кофейню
и Лорен, которая с мной сейчас работает,
была первым человеком, который мне встретился в Уилмингтоне.
Я открываю дверь
и вижу эту симпатичную барменшу, которая говорит «Привет!»
из-за бара кричит мне «Привет!»
И я про себя думаю «Хм-м-м, неплохое начало в новом городе».
Короче, она стала моей соседкой по квартире.
В то же самое время Джастин снял видео для Алиши,
которая стала «мамой» нашего офиса,
где она и занимается краудфандингом.
А я понятия не имел и говорю
что это за вещь такая – краудфандинг? Она мне показывает.
А я говорю, «И что?
Что это все значит?
У тебя есть идея, ты ее помещаешь вот туда,
и если она нравится людям, они тебе дают на нее деньги?»
Она говорит: «Ну, да». Я говорю: «Классно!»
И вот мы вчетвером стали думать,
как мы это все будем делать.
У нас была концепция,
мы знали, как изготовить эту штуку,
но у нас не было денег на пряжу,
не было денег на первую партию продукции.
Мы очень хотели, чтобы в каждом доме была эта штука.
Мы считали, что это – круто,
и решили, давайте ее изготовим
и посмотрим, считают ли другие, что это - круто.
Мы «фриканем» по миру,
начиная с Америки,
выпустив линейку 30 различных дизайнов «Фрикер».
Мир будет потрясен.
Мир забалдеет.
Искусство – это работа человека,
который делает что-то, возможно, в первый раз,
делает что-то такое, что может и не получится, но что-то благородное.
Что-то, что трогает одних, но оставляет равнодушными других.
И рассуждая, что такое искусство,
оказывается, что это то, за что мы готовы платить.
То, к чему мы неравнодушны.
Если мы покупаем только товары потребления в Уолмарте,
тогда дайте мне что-то подешевле.
Воду в бутылке? Дешево и сердито.
Мне нужно, чтобы моя вода в бутылке
была одной и той же каждый раз,
но я ведь и не плачу за нее дополнительно.
Но если я плачу за что-то дополнительно,
если я рассказываю об этом друзьям и знакомым,
значит, это что-то стоящее, важное для меня лично.
Я так много вкладываю в мою работу,
что многие этого могут и не заметить.
Но это ничего. Как есть, так есть.
Вот например.
На карте джокера - Бенджамин Франклин
с воздушным змеем и ключом.
Это когда он пытался
разобраться, как работает электричество.
А бубновая тройка на воздушном змее -
это то, что называется «раскрытая карта».
Это такой трюк, который фокусники включают
в свои номера.
Когда они якобы предлагают: «Выберите карту - любую карту!»
Вы-то думаете, что
сами выбираете карту,
а на самом деле он уже знает, какую карту вы взяли.
Он разыгрывает из этого целое шоу,
в конце которого вы держите в руках его карту,
а он невинно спрашивает:
«Не бубновую ли тройку вы вытащили?»
Вы говорите: «Да-а-а, бубновую тройку».
А он вытаскивает джокера,
а на воздушном змее в руках у джокера
- бубновая тройка.
У вас челюсть отвисает: «А как это?»
Вот это и называется раскрытая карта.
А это - идентификационный и серийный номера.
Они использовались госаппаратом,
чтобы отследить, где была отпечатана банкнота
или под каким номером.
Но мне пришла в голову идея
сделать так, чтобы мои спонсоры
могли участвовать в создании дизайна карт.
И я создал специальную категорию поддержки,
где, уплатив, люди могли
модифицировать эти номера по индивидуальному заказу -
серийный и идентификационный.
Сперва я не знал, как оно пойдет,
но когда люди поняли,
что это такое,
они начали заказывать номера, которые для них имели значение.
Например, я хочу номер - день моего рождения.
Или дату, когда я познакомился со своей женой.
И эти номера будут на каждой отпечатанной карте.
Люди постоянно присылают идеи: «Сделайте это, сделайте то!»
А мы их идеи берем и смешиваем.
Мы посылаем вот такие маленькие листы
людям, которые предлагают новый дизайн,
чтобы они могли на нем нарисовать.
Тут крошечные квадратики.
Затем я их наполняю.
Деталей тут не видно, но на пряже,
оно выглядит гораздо чище.
А здесь видны края и все шероховатости.
Вот это - перевернутое сердце,
которое превращается в попку,
которая в свою очередь выкакивает маленькие сердечки.
Мне это показалось очень смешным,
и мы это назвали – «Любовь – г...но».
Вот так оно работает.
Я прихожу сюда вечером раза три в неделю.
Сегодня я и заночую тут,
потому что бизнес немножко забуксовал,
в смысле финансов,
так что я урезаю все, что можно урезать.
Днем они здесь работают
и единственное время,
когда я могу попробовать разные цвета,
не мешая никому, -
это ночью.
Мы, по сути, чулочная фабрика.
Изготавливаем носки.
Спортивные носки, носки под костюм,
мужские, женские, детские,
вязаные и шитые... Вот, по сути, и все.
Вся компания просто делает носки.
Обычно мы изготовляем носки разных типов.
А сейчас мы изготовляем «Фрикеры».
Зак делает образцы,
подгоняет цвета, я бы сказал.
Он и свои дизайны придумывает.
Всякого рода дизайны,
вот, например, этот, и многие другие.
Готово. Все готово, для пробного проката.
Надо проверить, все ли на месте.
Иногда поторопишься,
а потом проблемы.
Лучше все проверить
дважды или даже трижды.
Или трижды.
Так уже было довольно часто,
думал, пойду поработаю денек,
а когда выходишь, понимаешь,
что прошло три или четыре.
Тут ведь нет окон,
поэтому когда выходишь,
чувствуешь, как будто две недели пролетели,
хотя на самом деле два или три дня.
Мне тут нравится.
Классное место.
Тут красиво.
И это странное гудение,
и еще очень сухо из-за этого количества хлопка,
и почему-то на следующий день
у моей мочи странный запах.
Одна из привилегий пребывания здесь безвыходно 24 часа.
Но мне здесь уютно.
Поначалу было
как-то странно.
Выходишь на улицу
и как будто побывал в какой-то сумеречной зоне.
А сейчас когда я прихожу
и слышу это жужжание, уже как родное,
как будто у тебя в ухе огромный рой пчел,
и так 24 часа в сутки.
Казалось бы, по такому скучать не будешь, но я скучаю.
Очень это место милое.
Получилось как.
Я думал, Зак будет потенциальным покупателем,
когда он пришел и говорит,
что хочет найти деньги через интернет,
Я понял, что у него своих-то нет,
чтобы вложить в дело,
чтобы хотя бы начать.
Поэтому я к этому скептически.
«На что мне этот пацан без денег,
который не может уплатить за продукцию
или хотя бы чтоб начать?»
Нужно ведь сырье,
разработка продукции -
на все это нужны деньги.
И я считал, что это все глупости.
Так, думаю, ты денег не заработаешь.
И я был серьезно удивлен.
Я следил на интернете,
как он начал, сколько было сначала денег,
какая была цель, как все продвигалось.
Каждый день мы следили и говорили, ничего у него не выйдет,
ничего не получится.
А потом вдруг – бум-бум-бум -
и он собрал деньги!
И был готов к запуску продукции.
Само собой, у меня от сердца отлегло,
что у моего покупателя появились деньги,
чтобы уплатить за продукцию.
Но мне бы и в голову не пришло, что он сможет вот так набрать,
чтобы начать бизнесс.
Но когда ты видишь человека с энтузиазмом, который
всем сердцем верит в результат,
ты чувствуешь себя более уверенно.
Он своего добьется.
Но в смысле финансов
я не думаю, что ему бы это удалось без них.
Так что вот.
Мы с ним выросли –
от одной машины, которая работала время от времени,
до четырех машин, которые пашут 5 дней в неделю.
Так что его объем продукции, к нашему удивлению, очень вырос.
Когда мы начинали с ним первый проект, я думал,
если две машины удастся занять,
это будет приличный проект.
Но он уже это давно перерос.
Довольно удивительно.
И он - классный парень.
Таких не так много.
Я ждал этого момента 20 лет.
Я работал над тем,
чтобы запустить игру «Пустошь-2»
с начала 90-х годов.
И, наконец, мне это удалось.
Я уже в процессе производства.
Штат этой компании надо будет удвоить
в течение следующих 12 месяцев,
чтобы сделать игру такого масштаба.
Первым делом мы создаем
художественную концепцию персонажей.
Как они будут выглядеть,
какая на них одежда, и как они используют в своем
постапокалиптическом мире оставшиеся от нас предметы?
Для меня это все в новинку. Я никогда не управлял процессом,
который похож на спортивное соревнование, что ли.
Раньше было как. Мы работали за закрытыми дверьми, и в конце
выдавали законченную продукцию
и надеялись, что она понравится.
А тут все по-другому. Тут мы должны будем
показывать людям каждый элемент процесса,
чтобы проверить на них наши идеи и услышать их отзывы
до того, как мы выпустим окончательный продукт.
В настоящий момент мы заканчиваем то, что
мы называем программным документом.
И пока все, кто вложили деньги,
вложили их в надежде именно на этот документ.
И сейчас наступило время показать им то, о чем мы так
подробно размышляем день и ночь.
Этот программный документ отражает все самые важные
пункты, которыми, мы считаем,
продукт должен обладать.
Это своеобразный первый экзамен.
мы ведь выкладываем этот документ перед всеми спонсорами,
и каждый сможет высказать свое мнение.
И мы надеемся, что они прочтут его от начала до конца, поднимут
большой палец и скажут, «Отлично, это именно то, что мы хотели!».
Но время покажет.
Именно из-за открытости этого процесса
провал будет означать, что люди потеряют доверие ко мне
и к моему следующему проекту.
Поздравляем!
Брайан, даешь игру века!
Если я напортачу с этой игрой,
это, наверное, будет последний проект,
над которым мне выпадет удача работать.
Краудфандинг второго шанса тебе не дает.
Так что для меня это – пан или пропал.
И если я не выполню то, что обещал,
мне конец.
Когда я думаю о проектах, спонсором которых я был,
я вижу перед собой галерею человеческих надежд и мечтаний.
Какие-то из них стали реальностью, а какие-то нет.
Некоторые – уже старые и запылившиеся,
но все равно живучие, дескать, все еще впереди!
На самом деле, впереди уже ничего нет.
И вы это знаете, и они это знают.
Их уже просто нет, все вышли.
Но интересно оглянуться назад,
посмотреть не свою историю, и все эти проекты,
которые не состоялись, которые просто испарились.
На Кикстартере часто можно встретить этих людей,
которые постоянно просят денег на что-то,
но никогда не высылают тебе то, что обещали.
Такие люди сами себе вредят.
Как будто они бьют своих спонсоров под дых.
Те проекты, которые не состоялись,
обычно не состоялись по двум причинам.
Первая, они думали, что изготовить свое изобретение
будет суперлегко.
«Мы просто поедем в Китай, там сделают.»
А вторая причина – это, может, человек нашел настоящую работу
и у него уже нет времени этим заниматься.
Понимаете, времени-то на это нужно больше, чем кажется,
и деньги можно растратить быстрее, чем ты думаешь.
А иногда бывают проекты,
которые вроде бы многие хотели сделать,
но вдруг все разваливается,
потому что один из них не мог управиться со всем.
Ребята, с которыми я работаю в офисе,
и мои друзья тоже, они смотрят на мой проект
и говорят, «Да ты что! Собрал 100 000 долларов!..
Да ты богатенький!
Ну и чего будешь делать – машину купишь?»
Вот в таком роде.
«Чего ты будешь делать со всем этим наличманом?»
А я говорю, «Да мне же надо
платить за все это!»
Даже вот эти фишки для покера.
Даже эти фишки - это уже пятый комплект!
Это уже пятый вариант фишек,
а мне все еще не нравится.
Потому что из-за того, как работает прозводство,
оказалось, слова невозможно расположить так, как мне нужно.
И меня бесит,
что я не знал,
что то, что хорошо смотрелось на экране моего компьютера,
что на реальной фишке может быть совсем по-другому.
Вначале я просил всего
7 тысяч,
и смотрел на все это как на что-то мелкого масштаба.
Но оно стало расти
и набирать скорость,
и 7 тысяч превратились в 50,
а 50 выросли до 100...
Для меня это означает только одно -
что у меня все больше шансов подвести много людей,
если я не выдам продукцию,
которую обещал вначале,
и которую многие поддержали.
Я видел и другие проекты, где люди говорили, нам
нужно столько-то денег, чтобы сделать вот это.
И они собирают эти деньги, и даже больше,
и даже еще больше, а когда наступает момент,
что-то вдруг случается, или ситуация выходит из-под контроля.
И они говорят, «У нас кончились деньги».
С краудфандингом мы, по сути,
выставляем себя на всеобщее обозрение.
Например, мы выпускаем новый продукт,
которого раньше не было.
И даже обращаем на себя внимание прессы.
И вдруг некая крупная фирма
выпускает новый продукт,
который подозрительно похож на наш.
Мы еще не достаточно большие, чтобы фирмы воровали
наши идеи и выпускали подделки под нашу продукцию.
Как, например, с нашим патентом на «Фрикер».
Их-то адвокаты сразу понимают,
что у нас нет денег,
чтобы что-то начать выпускать.
Мы, конечно, можем послать им письмо, дескать,
«Пожалуйста, перестаньте производить это»,
на что они ответят, типа,
«И что будет, если не перестанем?»
Другая сторона этого бизнес-мира,
к которой трудно привыкнуть,
это то, что когда планируешь бюджет,
защита прав не приходит в голову первой.
Вы же не думаете: «Мне нужно 100 тысяч,
чтобы защитить себя от той большой фирмы,
которая известна в основном тем,
что ворует чужие идеи,
реализует их по дешевке в Китае,
привозит сюда, продает за копейки
и подрезает бизнесс всем остальным»...
Понятно, что есть миллион
более важных вещей.
Выбрасывание денег на самооборону не приносит выгоды,
но определенно отнимает энергию
от продвижения вперед,
от того, чтобы не стоять на месте...
Вместо этого тратить умственную энергию,
чтобы судиться с кем-то.
Да и адвокаты говорят на языке непонятном.
То есть, они вроде объяснили,
но я все равно не понял,
что они этим хотели сказать.
Поэтому в настоящий момент мы в таком положении,
где много запутанного и непонятно что делать.
Но, наверное, мы учимся на своем опыте.
Легко сказать
«я нарисую колоду карт и это все».
На самом деле в процессе работы я понял что-то важное.
Что нужно уметь поддерживать
интерес в своих единомышленниках,
если хочешь, чтобы проект был успешным.
И я, вроде, знал это,
но не понимал,
насколько это важно.
Когда выходишь на Кикстартер,
ты, по сути, говоришь: «Дайте мне деньги,
и через два года я создам что-то классное».
Вы строите отношения на доверии.
И если вы не оправдываете это доверие,
даже в мелочах,
на вас смотрят, как на мошенника,
и начинают презирать.
Настанет время, когда краудфандинг
стабилизируется и на многие вопросы найдутся ответы.
Через 10 лет все будет по-другому – как происходит процесс,
что приемлемо, а что нет.
Например, как часто рассылать новости спонсорам,
которые дали деньги?
Раз в день? Раз в неделю?
Какова моя ответственность перед ними?
А когда проект закончен, надо продолжать рассылать?
Интересно наблюдать, как все постепенно в этом разбираются.
Сначала я использовал
рассылки как подпорки.
Я волновался, что спонсоры
будут недовольны.
Вот я им покажу очередной эскиз, а они скажут:
«Погоди, а вот это ты зачем изменил?»
Они же дали деньги,
чтобы я продолжал заниматься творчеством.
Поэтому я хочу, чтобы они участвовали в процессе.
И я прислушиваюсь к их комментариям,
и стараюсь использовать их идеи в работе.
Мы ведь всегда перед кем-то ответственны.
Раньше это был издатель, теперь – наши поклонники.
Со спонсорами получается так: мы им сообщаем, как продвигается,
объясняем, чем сейчас заняты, показываем скриншоты,
снимаем видео,
и немедленно получаем от них отзывы на нашу работу.
И не всегда в радужных тонах.
Им не всегда нравится, что мы делаем.
Но когда им что-то не нравится,
это ведет к улучшению
качества продукции.
И это главное.
Мне не обязательно быть всегда правым.
Меня не смущает, что им не всегда нравится то, что мы показываем.
Главное, чтобы разговор был по теме –
что бы они хотели улучшить в игре, как придти к этому результату.
Бывает так, что у меня руки опускаются.
Всегда находятся недовольные.
Может, они не получили то, на что надеялись, и сердятся.
Вас будут обзывать болваном и даже вором.
И обвинять в том, что вы пытаетесь украсть у них деньги.
Или что вы берете с них слишком много.
Но в конечном итоге, если им не нравится мой проект,
они не обязаны быть его спонсорами.
«Джаспер, пожалуйста, не спонсируй то, что тебе не нравится. Спасибо!»
Люди готовы жаловаться буквально с пол-оборота.
Люди, в основном, хорошие, но многие – просто дрянь.
Конечно, страшно довериться незнакомому проекту,
страшно доверить свои деньги постороннему.
И те, которые дрянь, всегда готовы наброситься
и обвинить в жульничестве.
В том, что ты что-то якобы подделал.
И так происходит снова и снова.
Это неизбежно, и многие художники и изобретатели
вынуждены с этим мириться.
Одно из преимуществ краудфандинга
это то, что совсем не обязательно, чтобы все тебя поддерживали.
Если тебя любят 50% и ненавидят остальные 50%,
то это совсем неплохо.
С точки зрения притока денег
даже самая рьяная ненависть равна просто равнодушию.
От ненависти твои дела не ухудшаются.
Важны только те, кто тебя любит.
Поэтому если ты приобретаешь одного друга, теряя трех недругов,
оно того стоит.
Но надо получить лишнего
друга, который тебя поддержит.
Поэтому даже плохая репутация на интернете не так страшна.
Это еще не означает, что у тебя не будет спонсоров.
Главное, чтобы были люди,
которые считают тебя героем.
Я тяну канат – то туда, то сюда.
Еду с работы домой, еду из дома на работу,
а надо бы работать дома.
И каждый день, пока это продолжается,
я все больше чувствую, что, уезжая из дома,
я уезжаю от призвания,
что должен оставаться дома и рисовать карты.
Через несколько дней, проект будет закончен,
и меня уже спрашивают, а что дальше?
Какую тему карт вы будете разрабатывать следующей?
И я ведь не знаю, как долго еще они будут интересоваться.
Пока интересуются.
А через шесть месяцев они еще будут меня спрашивать?
Ведь могут и забыть обо мне.
Поэтому сейчас самое время.
Нужно не упустить шанс.
Сегодня утром
мы говорили о той большой фирме,
которая подделывает «Фрикеры»,
и не знали, что делать.
Это как груз у нас на плечах.
И мы не знали, поделиться этим
с нашими спонсорами или нет.
Мы не знали, что правильно,
но в конце решили,
что надо это сделать.
Раскрыть эту информацию.
И Лорен поместила ее в интернете.
Мы пошли на обед,
чтобы еще и прогуляться.
А когда вернулись,
Лорен идет к своему компьютеру
и вдруг кричит: «Эй, ребята! Быстро сюда!»
Мы смотрим – сотни постов!
На Фейсбуке и Твиттере - все в нашу поддержку!
И многие обращались напрямую к этой фирме:
«Вы зачем так делаете?!» Как не стыдно!»
А один парень поместил свое фото с нашим «фрикером»
с американским флагом на руке
и с неприличным жестом среднего пальца. Довольно смешно.
И так продолжалось несколько часов и, похоже, они там засуетились.
Потому что нам начали писать, «Наши посты больше не принимает
их страница в Фейсбуке!»
«Меня удалили с их Твиттера!» Такие вот вещи.
А мы думаем: «Ничего себе! Во дела!»
«Администратору сайта! Можете удалять наши посты сколько угодно,
но потуги заглушить голос правды и спасти вашу репутацию
только усилят нашу решимость.»
И все это происходит у нас на глазах!
Мы-то не привыкли, чтобы нас поддерживало
столько людей.
Несколько месяцев назад мы были совершенно одни.
А теперь вдруг целая группа,
которые нас поддерживает.
И для них так важно то,
что мы делаем,
что они идут на такое...
Такое было чувство, что...
Не знаю, как это выразить, никогда такого у меня не было.
В общем-то...
Как сказать...
В общем, классно.
Здорово чувствовать поддержку от людей,
которых мы даже не знаем.
Совершенно ведь посторонние люди.
И такое происходит.
ВСЕ ПРОДАНО
Осталось 6 минут
Примерно неделю назад
я представлял себе окончание проекта так.
«О, будет так классно!
Когда я закончу проект, будет шикарно!
И будет успех, и я смогу оглянуться на сделанное и сказать,
вот чего я добился!»
И вот теперь нужно радоваться, верно? Нужно праздновать!
Но у меня не получается.
И я не хочу это смотреть.
Я не хочу смотреть это,
потому что я не хочу, чтобы это кончалось.
И я думаю, может,
это и есть те самые 15 минут славы?
Я этого не хочу.
Не хочу только работать
и рисовать только для моего шефа.
Знаете, как художник, я всегда хотел найти свой почерк,
свой стиль в искусстве.
Что я могу сказать нового
этому миру как художник?
И я нашел это.
Нашел это искусство.
Нашел этот стиль.
Нашел это зерно.
Я нашел то, что мне было предназначено создавать.
И впервые в жизни,
я чувствую, что мое искусство
имеет какой-то смысл.
И каждая клетка моего существа говорит: «Держись за это,
не отпускай!
Не отпускай то, что в руках!
Держись за это. Держись крепко.
Продолжай работать. Продолжай работать.
Планируй следующий проект». Я не хочу,
чтобы это кончалось.
Я говорю не о данном проекте, что я не хочу, чтобы он кончался.
Я не хочу, чтобы та перемена,
которая произошла в мне, кончалась.
Потому что впервые в жизни я чувствую себя так,
как будто я работаю не напрасно.
У меня появляется надежда в жизни благодаря моему искусству.
Поэтому я не хочу возвращаться к тому, что было раньше,
и продолжать животное прозябание.
Я хочу, чтобы
моя жизнь имела смысл.
Не хочу, чтобы этот смысл уходил
только потому, что проект закрыт.
Теперь, когда он закончился,
я думаю о том, а смогу ли я повторить это снова?
Повторится ли
этот феномен в моей жизни?
Может быть, это мой единственный шанс.
«ПУСТОШЬ-2» НАХОДИТСЯ В РАБОТЕ 9 МЕСЯЦЕВ
Давление мы на себе чувствуем.
Мы находимся в постоянном общении с нашими поклонниками,
слушая их пожелания об игре.
И вот, наконец, мы выложили
первый пробный ролик.
Я не привык показывать незаконченную работу так рано,
потому что, сами понимаете,
это рискованно,
ведь это не окончательный вариант.
С одной стороны радостно, что им это понравилось,
а с другой стороны, оно еще не закончено.
И еще надо принять миллион решений.
Раньше было так, что ты доводил до 100%
или до 95% и потом уже показывал.
Почти в конце.
А сейчас мы доводим это до 70-80% и просим
отзывов о нашей работе.
Для нас это колоссальный урок.
И вот мы так работаем
в партнерстве с нашей публикой.
Я всегда говорю, с толпой спорить не надо.
Неважно насколько талантливы наши 10-20 сотрудников.
Мы не талантливее, чем 10 тысяч, которые следят за нашей работой.
Это совершенно другая парадигма
работы над играми.
В области инновации происходит смена парадигмы
- самая крупная смена со времен индустриальной революции.
Она заключается в том, что инновации становятся все более
доступными для пользователей -
индивидуальных пользователей или в сотрудничестве с другими.
Мы пока себе не представляем,
пределов того, что может сделать масса людей.
Неправдоподобной кажется мысль,
что масса людей может создать высококачественную энциклопедию.
Мысль неправдоподобная, потому что наш мозг так не работает.
И один из важных уроков -
это то, что нам не следует делать таких предположений.
Ибо мы будем ошибаться снова и снова.
И в этом – слава и гордость нашего времени,
что мы ошибаемся, потому что не подозреваем,
что масса людей способна на такие вещи.
Какие вы все красивые.
Обед на подходе.
Вот так, пожалуйста, ребята.
Пожалуйста, Пит.
ЛЕС МИХЕЛИЧ МАМА ЗАКА
Хорошо, мама.
У меня классные новости.
Да?
Нам позвонили с шоу «Акулы в аквариуме».
Они хотят, чтобы мы выступили с «фрикером».
Замечательно! Центральное телевидение.
«Фрикер США».
Я буду говорить с южным акцентом.
Я не знал этого шоу,
но после их звонка
посмотрел весь первый сезон.
Это шоу – по сути инвестирование в прямом эфире.
Сидят пять человек,
которые уже заработали кучу денег.
Ты представляешь им свою идею, а они отвечают, это круто или глупо.
И потом говорят, я вам дам на это деньги или не дам.
И можно опозориться на всю или не опозориться.
Так что прессинг серьезный. Как я буду выглядеть -
как дурак или как умный?
Понимаю.
- Будешь нервничать? - Конечно.
Но, вообще, это прекрасный шанс.
Верно, прекрасный шанс.
Их смотрят, если не ошибаюсь, 7 миллионов зрителей.
- Ого! - Да. Вот так.
Я уже чувствую страх подбирается.
Дедушка захочет, чтобы ты надел костюм и галстук.
Ну да, костюм и галстук.
Надену, чтобы ему было чем гордиться.
И обещаю, что не буду снимать штаны перед камерой.
- Нормально? - Хорошо.
Когда Джексон закончил свой первый проект,
я думаю, он уже заразился этим,
и ему хотелось делать еще и еще, и это здорово,
РЕБЕККА РОБИНСОН ЖЕНА ДЖЕКСОНА
потому что он зарабатывает больше денег в семью.
Но с другой стороны
это непрекращающийся цикл:
утром он едет на работу, вечером возвращается домой,
и работает допоздна, иногда после полуночи,
и я от него никакой помощи не получаю с воспитанием девочек.
Один проект заканчивается через 40 дней,
или через какой-то другой срок,
но после него начинается другой.
И цикл повторяется.
И я не знаю, как долго я так смогу одна.
Я ведь не собиралась становиться матерью-одиночкой.
А так получается, что я именно это и есть.
Я уже несколько недель в гуще этого проекта,
и теперь, когда возбуждение
и энергия первого времени спали,
я часто останавливаюсь
и спрашиваю себя о той исходной
причине, которая побудила меня к этому.
Моя любовь к гравировке в применении к денежным знакам,
вот этот тип искусства... Потому что после тридцатой карты,
когда на часах 2 часа ночи
и глаза выпадают из орбит,
после всего того времени,
что я провел перед компьютером
с карандашом в руках,
я в каком-то полусне...
Но нет ничего, чего бы я хотел больше,
чем рисовать карты,
и я говорю себе,
«Значит, должна быть какая-то причина, почему я этим занимаюсь.
Должна быть причина, почему я не бросаю свою работу,
а вечерами делаю это».
И причина – это то, что рисование
позволит мне создать для меня и моей семьи
совершенно другую жизнь
на все то время, что нам осталось.
Может быть, через месяц
мне уже не придется работать на двух работах.
И именно эта любовь и страстное отношение к тому, что я делаю,
это искусство и упорный труд,
все эти бессонные ночи,
сидение у компьютера до утра, отрывание времени от моей семьи -
все эти факторы взятые вместе,
могут изменить мою жизнь
и позволить мне создать новую жизнь для моей семьи.
Вот такие мысли я думаю,
когда сижу в полудреме, чтобы
не терять ощущение цели.
Вот что позволяет мне двигаться вперед,
и вот что не дает мне спать по ночам.
УТРО ДНЯ ОТЪЕЗДА ЗАКА В ЛОС-АНДЖЕЛЕС, КАЛИФОРНИЯ
ДО ЗАПИСИ ЭПИЗОДА «АКУЛЫ В АКВАРИУМЕ» 48 ЧАСОВ
Так.
Ну, это шоу «Акулы в аквариуме» нашло нас через
нашу кампанию краудфандинга.
Это шоу, где люди, по сути, вкладывают деньги.
Сидят пять миллионеров или миллиардеров,
которые сами сколотили свое состояние,
и вы пытаетесь продать им свою идею.
Вы им предлагаете войти в состав вашей компании
за такую-то сумму пая,
и обещаете выплачивать такой-то процент.
Это риск, потому что
вы отдаете часть своей компании,
но в обмен на возможность получить за это деньги.
Я, конечно, волнуюсь, но это приятное волнение.
Потенциал тут серьезный.
Это шоу смотрят примерно 7 миллионов телезрителей.
И я, конечно, нервничаю,
что буду слишком нервничать на национальном телевидении.
Вдруг у меня слова застрянут в горле,
когда я выйду перед камерами.
Они меня спросят, «Ну, расскажи нам о своей компании»,
а я буду, как отмороженный, бормотать что-то.
Вдруг я забуду все, когда камеры на меня будут направлены,
и все, что я знал раньше,
вдруг исчезнет из головы
и я не могу ничего вспомнить...
Вот это меня нервирует больше всего,
когда от человека исходят флюиды, в этом состоянии они на него
еще больше набрасываются,
чтобы вытащить из него еще больше...
Так что, название «Акулы в аквариуме» очень подходит.
Но я надеюсь, что когда выйду перед ними
и почувствую свои флюиды и их флюиды,
просто смогу расслабиться и получить удовольствие.
В компании всего семь человек.
Но в то же время есть
большое сообщество, которое мы построили,
и, кажется, все взгляды будут устремлены на меня,
и хочется ведь выиграть, добиться успеха.
Потому что я знаю,
что если мы не выиграем,
это подорвет надежду
во многих-многих людях.
ПОСЛЕДНИЕ 4 ДНЯ ДЖЕКСОН БОЛЕЛ
У меня есть список, по которому я работаю.
Это список всех карт, дизайн которых я должен разработать.
И я отмечаю галочкой, когда карта закончена.
Чтобы успеть к сроку, я должен
делать примерно одну карту в день.
А сейчас я уже, наверное,
отстал на пять карт.
А на работе мы тоже стали
работать сверхурочно.
То есть, я работаю с 7 утра до 7 вечера.
А это уже 12 часов моего дня,
в которые я не занимаюсь рисованием карт.
Единственное время, которое остается на них,
- это когда обычно я иду спать.
И конца этому не видно.
Ума не приложу, как мне это все успеть.
Это шоу «Акулы в аквариуме»,
это, типа, риалити шоу.
Сидят венчурные капиталисты,
и ты им продаешь свою идею, но это все театрализовано.
Все это делается для телевидения.
Ты им рассказываешь свою идею,
а они решают, инвестировать в тебя или нет.
И все это происходит в течение 10 минут.
Очень зрелищно.
Они тебя практически рвут на части, потому и называется -
«Акулы в аквариуме». У них острые зубы, течет кровь...
Остальные, наверное, думают то же, что и я – что нельзя
терять контроль над своей компанией.
Но надо думать и о том, что ты получаешь взамен,
для чего ты идешь на эту жертву.
Для успеха. А что такое успех?
Может быть, мы уже добились успеха?
Я бы сказал, да, уже добились.
Но ведь всегда можно стремиться к большему.
Поэтому, я не знаю,
я не знаю, на самом деле, удастся ли нам сохранить контроль.
С одной стороны, было бы непростительно
не воспользоваться этим шансом для развития бизнеса.
Нам дали такую потрясающую возможность на
национальном телевидении,
где мы можем увеличить нашу аудиторию,
увеличить наше спонсорское сообщество.
С другой стороны, тут налицо все, от чего мы старались
уберечься все это время.
Означает ли это, что мы предаем наши идеалы?
Я не знаю. Но в данный момент
у меня уже нет контроля над ситуацией,
остается только надеяться на лучшее.
Вот так.
Во-первых, вы, ребята, выглядите потрясающе.
- Спасибо. - Меня зовут Зак.
я изобрел эту вещь, которая называется «фрикер»,
и я пришел сюда сегодня,
чтобы получить инвестицию в 200 тысяч
в обмен на 10% акционерного капитала компании «Фрикер США».
СПУСТЯ ЧАС
О’кей.
Ну, как они с тобой обращались?
Нормально?
Вредничали? Понятно...
Но ты не плакал, верно?
Уже хорошо.
Он звучал неплохо. Он звучал как будто
ему там понравилось.
Он ведь поехал туда не для того, чтобы наскучить этим людям.
Похоже, он себя чувствует уверенным.
Он, похоже, смог им устроить шоу.
И это хорошо, ведь это нам и нужно было.
Мы хотели, чтобы нас запомнили.
ЗАКУ ПРЕДЛОЖИЛИ СДЕЛКУ ЗА 50% КОМПАНИИ «ФРИКЕР США»
ОН ЕЕ НЕ ПРИНЯЛ
Но мне кажется, он чувствует себя хорошо.
Думаю, мы все чувствуем себя хорошо,
и мы рады, что уже не надо об этом думать.
Об этой ответственности.
У нас нет...
У компании нет родителей,
и мы все – всё еще сироты.
Больше я этого делать уже не буду.
Проходить через это снова я не хочу.
Не хочу...
Я не хочу терять контроль в пользу людей, против которых
мы боролись, и на кого не хотим работать.
Да, Лорен в совершенно растроенных чувствах.
Она – в кусках.
Ты бы позвонил ей.
Да, мы, правда, не спали всю ночь, но надо позвонить.
Привет. Получил линк на этом сайте.
Да, вот здесь.
Готов?
«В конце было ясно, что Заку Крейну было безразлично,
получит он сделку или нет.
Ведь он получил нечто гораздо более ценное, по крайней мере для
себя самого, - он сохранил свою свободу и контроль над компанией.
Свободу, которая позволит ему работать так,
как ему кажется самым правильным.
Нет сомнений, что он будет продолжать рекламировать
бренд «Фрикер США» тем единственным способом,
которым он так хорошо владеет.»
Когда он очень занят,
а я одна с детьми,
я иногда думаю,
«Конечно, так будет не всегда».
Но вот с детьми,
они же быстро растут, оглянуться не успеешь, а они уже большие.
И все это время, что он занят работой...
Кажется, это совсем немного времени,
но в жизни детей это много.
Их детство пролетает быстро.
Поэтому когда ты говоришь, «я буду работать над этим
примерно год, и мы должны через это пройти», я думаю о том,
что в жизни ребенка год – это много времени.
За это время многое пропустишь...
Чем больше я работаю над этим,
тем больше я задаю себе вопрос, а почему я не могу сделать
мое искусство моей работой?
Если подойти к этому логически,
если нет времени
всем этим заниматься,
просто не делай следующий проект.
Но для меня это было бы
самым страшным.
Разве моя работа так для меня важна?
Совсем нет, я могу найти другую, если понадобится.
А этот проект? Так ли он для меня важен?
Да! Абсолютно важен.
Моя дочь Клера, она знает, чем я занимаюсь.
И она учится этому тоже.
Не могу же я учить ее отказываться от призвания.
Я не хочу, чтобы такое было в ее жизни.
Я не могу работать!
СПУСТЯ 5 ДНЕЙ ДЖЕКСОН БРОСАЕТ РАБОТУ
Люди, которые не боятся взять на себя ответственность, это понимают.
В самой осанке человека что-то меняется, когда он может сказать:
«Вот это сделал я».
«Вот это мое изготовление. Что ты думаешь?»
И когда мы задаем этот вопрос с полным правом,
мы уже выполняем качественно совершенно другую работу,
чем когда мы говорим: «Я делал то, что мне сказали».
До появления Кикстартера
мы занимались развитием продукции для других компаний.
Мы не контролировали свою собственную судьбу.
И мне приходилось увольнять много людей.
И это самое неприятное, я думаю, в работе предпринимателя -
увольнять хороших сотрудников.
Моя работа заключается в том, чтобы у всех была работа.
У нас в компании дела идут отлично.
Мы считаем, что нам сильно повезло.
Но уже пришло время, когда надо задуматься – а что дальше?
И я не вполне понимаю, как обращаться к людям, говоря им
«Слушайте, мы хотим создать новый Кикстартер,
хотя мы еще не закончили этот»?
С точки зрения бизнеса, этому есть хорошие причины,
но как убедить людей в своей правоте,
в том, что нам обязательно нужно это делать?
Вот мы только что закончили производство нового видео
для этого нового проекта.
Оно совершенно не похоже на предыдущее.
Первое видео было таким модным и сексапильным,
с классными кадрами
и интересными интервью.
Но у нас сейчас нет времени, чтобы сделать такое снова.
Поэтому когда я говорил с моим братом,
и спросил его: «Тэйлор, что мы будем делать со вторым видео?»,
Тэйлор говорит:
Моя идея такая.
Тебе она, правда, не понравится.
Она мне не понравится?
- Не-а. - О’кей.
Я считаю, что надо сделать
интервью на вебчате, типа того, что мы делаем сейчас.
Я сижу здесь, ты сидишь там,
я тебе задаю вопросы, ты на них отвечаешь.
И таким образом мы передаем всю информацию, какую нужно.
Так.
Не понял. Что ты имеешь в виду?
Они уже знают, что мы можем сделать хорошее видео.
Они уже знают, что ты классно рисуешь.
Все, что нам нужно, - это передать им новую информацию.
И это единственный способ, который приходит мне в голову,
чтобы нам это сделать в рамках времени, в которые ты нас поставил.
И вот он мне задает все эти вопросы о новом проекте,
типа, что в нем нового, какое будет содержание.
И в конце нашей непринужденной беседы
мой брат смотрит на меня и говорит:
Кстати, у меня классная новость.
И меня в животе начинается холодок,
потому что я знаю, мой брат любит иногда меня разыгрывать.
И я про себя думаю «начинается»...
А я записывал это все на камеру
и думаю, мы должны это использовать.
Получилось классно.
По-настоящему классно. Я тебе поверил!
Ты звучал абсолютно искренне и я думаю, люди тебя поддержат.
Эй, консерватор, иди сюда.
Из моих источников я слышал, ты затеваешь новый проект.
Это правда. У нас отличная команда
и концепция – просто замечательная.
Но ты же еще не закончил «Пустошь»?
Верно, но сценаристы и художники-концептуалисты
уже закончили свою часть работы, и мы хотим их занять
уже в следующем проекте.
Разве ты их не увольняешь с окончанием проекта?
Нет, мы стараемся не разрушать хорошие команды
и начинать предпроизводство как можно раньше.
Ведь разработать хороший дизайн или придать лоск игре
иногда занимает месяцы работы.
Месяцы? На написание сценария?
Конечно. Поэтому, когда «Пустошь-2» будет закончена,
сценаристы смогут начать работать
над материалом уже отшлифованным.
Так мы работали в времена компании «Интерплей».
- Интер-что? - Слушай,
я сомневаюсь, что даже слышал название той игры.
- Ну, спроси меня. - Не имеет смысла.
- Серьезно, дай мне шанс. - Не думаю, что это...
Брайан, я хорошо подготовился, я изучал...
Ладно. Игра называлась «Мучение».
Никогда не слышал.
На мой взгляд, «Мучение» - это самая лучшая игра
всех времен и народов, настоящее произведение искусства.
Это произведение литературы.
Во времена «Интерплей», мы сделали одну игру,
которая стала культовой.
Она называлась «Плейнскейп: Мучение»
Это была ролевая игра, но очень непохожая на другие.
По природе своей она была очень литературной
и оружием игроков были слова.
Я не перестаю удивляться, что эта игра появилась не свет.
Просто чудо какое-то.
Если бы кто-то попытался такую игру сделать сегодня,
ничего бы не вышло, потому что она не стандартная для нашего времени,
где играют в войну или спорт или в любой другой модный формат.
Как, например, «Герой-гитарист» или как она там называется.
Нет, эти игры хорошие, я ничего против не имею.
Но не все игры втискиваются в это прокрустово ложе.
А на них существует огромный спрос,
но никто не приходит и не говорит,
я вам доверяю, вот вам деньги, делайте.
Где же таких найти?
Поэтому надо обращаться напрямую к людям,
которым нужна это игра.
Так переворачивается с ног на голову
вся старая система финансирования.
Все меняется. Раньше было так:
мы должны их там наверху убедить дать нам денег,
мы должны встать перед ними на колени.
Мы спрашиваем наших поклонников: «Вам это нужно?»
И если им это нужно, они дадут вам на это денег.
А если не нужно, не дадут.
Сейчас мы уже целиком преданы формату краудфандинга,
потому что это единственная возможность.
Это единственный вариант,
при котором можно было сделать «Пустошь-2».
Мы ведь пытались продать эту идею каждому издателю на земном шаре
в течение 20 лет, и все безрезультатно.
А вот один раз рассказали людям напрямую,
и они сразу одобрили.
Мы стали своего рода символом
независимого, анти-издательского движения
и это произошло чисто случайно.
Никакого тайного плана не было.
И если они нам поверят, что мы можем сделать что-то еще,
начиная прямо сейчас,
без ущерба для «Пустоши»,
тогда, я думаю, мы получим их поддержку.
Но без них
будущего нет ни у нас
ни у нашей работы.
ДЕНЬ ВЫПУСКА «ФЕДЕРАЛ 52» ЧАСТЬ 2 11 ЧАСОВ 51 МИНУТА
Это моя счастливая футболка.
Я знаю, она выглядит нелепой,
но мне все равно.
Для меня эта футболка – особая.
Я ее надел при рождении
одной из моих дочерей.
Потом я ее носил в первый день первого проекта
«Федерал 52», Часть 1. И я ее надел сегодня.
Потому что сегодня для меня день победы или поражения,
сегодня мы начинаем «Федерал 52» Часть 2.
У меня мысли в голове путаются,
потому что я не спал всю ночь, заканчивая работу,
подготовляя все к выпуску.
У меня есть видео,
правда, не такое модное,
как первое.
Но, думаю, оно довольно смешное.
Я же все записал!
И, думаю, мы должны его использовать!
Приготовил все уровни пожертвований,
исправил опечатки, а то в прошлом проекте их было много,
потому что я – тупой.
Теперь осталось только... уже 11:52...
Осталось только нажать кнопку. Но надо подождать до 12:00.
В первом проекте я их немножко подразнил,
я сказал всем моим спонсорам, в котором часу будет запуск,
то есть, в 12:00 в субботу,
так что будьте готовы, потому что будет
лимитированное издание и,надеюсь, все мои спонсоры
по всему миру
сидят у компьютеров и жмут «обновить», «обновить»
в ожидании запуска.
Я уже хочу запустить.
Хочу начать, чтобы увидеть,
какой будет следующая глава моей жизни - удачной или неудачной.
ДЕНЬ ЗАПУСКА «ФЕДЕРАЛ 52» ЧАСТЬ 2 11:59
Не прошло ведь и двух минут,
а у меня уже больше спонсоров,
чем было все первые сутки первого проекта.
420! 422!
и мой телефон
не перестает звякать,
столько людей мне пишут.
Я не знаю, что и думать.
Это как...
Количество все растет и растет.
С такой скоростью, я даже не знаю,
мы можем получить все необходимые деньги в течение часа,
и это в сравнении с первыми сутками...
Это просто невероятно!
Подождите, минуту, это мой брат.
Да? Да, да.
Да, я знаю. Ты следишь за тем, что происходит?
Нет, а ты посмотри! Посмотри!
Даже с этим глупым видео! Я знаю!
Количество все растет и растет, заткнись, хорошо, хорошо.
Пока!
Я счастлив,
но в тоже время меня тянет на рвоту.
ДЕНЬ ВЫПУСКА «ФЕДЕРАЛ 52» ЧАСТЬ 2 12:18
Прошло всего
18 минут,
а проект уже
полностью финансирован.
То есть, это...
потрясающе!
Понимаете,
я не знал, что я буду чувствовать.
Я счастлив как никогда,
но мне также и страшно как никогда.
Мои мечты несутся мне навстречу
со скоростью 160 км в час.
И моя жизнь вот-вот изменится.
Точнее, не вот-вот изменится,
а уже меняется.
Она изменилась за 18 минут.
И это трудно переварить,
трудно понять...
Вся эта работа,
все эти люди, которые тебя поддерживали,
которых ты даже
не знаешь лично.
Я только надеюсь,
что все, что я сделал и делаю,
достаточно, чтобы оправдать все принесенные жертвы.
Просыпаюсь я в воскресенье, у меня эсэмэска от Майкла.
которые маркирует всю нашу продукцию на складе
и занимается отправкой товара.
И в эсэмэске - только 911 – чрезвычайная ситуация!
А потом приходит эсэмэска от Алиши.
«Немедленно приезжай в офис!»
Ну, мы приезжаем и видим,
что замок сломан, использовали лом, нас обворовали.
Мы входим, там уже стоит полицейский,
и ни одного нашего компьютера.
Мы только купили новую камеру для Джастина,
и ее тоже украли и много объективов к ней.
Короче, в воскресенье нас грабанули.
В воскресенье утром жена мне говорит, что прочла на интернете,
что их ограбили на сумму, наверное, 10 тысяч -
все компьютеры и камеры.
Для такой маленькой компании
этого достаточно, чтобы выбить нас из бизнеса.
Она говорит, что делать? Надо что-то делать.
На следующее утро после ограбления мы все сидим в офисе
и думаем, «Надо придумать что-то, чтобы вернуть хоть часть денег».
И вот пока мы говорим, Лорен зовет нас с своему компьютеру -
«Ребята, смотрите!»
Компания звукозаписи «Гравити Рекордз»,
которая на соседнем квартале от нас,
сделали специальную страницу в Фейсбуке
и устраивают концерт-бенефит!
c целью помочь «Фрикеру» вернуть свое барахло».
Жена сказала мне, что организует мероприятие.
Сказала, мол, свяжись со всеми,
кого знаешь, в этих группах, со всеми,
кто может поучаствовать, и попроси об одолжении
по старой памяти.
Я стал звонить, писать эсэмэски,
А она начала все организовывать и вот...
так все и сложилось.
И вот это огромное, масштабное мероприятие происходит буквально
через час после того, как мы узнали о краже.
Мы сидели и думали: «Какой же это для нас удар».
И тут буквально все соседи, все люди объединились,
собрались на эту большую вечеринку
и превратили инцидент в позитив».
Это было невероятно.
Всем привет! Какие вы все сегодня красивые!
Покупайте «Фрикеры»!
Просто незабываемый вечер, так меня ничего в жизни не трогало.
ПО ИСТЕЧЕНИИ 30 ДНЕЙ
КАМПАНИЯ «TORMENT» ПОДХОДИТ К КОНЦУ
74 385 спонсоров!
Путь был длинным, но я его прошел,
я снова могу делать игры так, как хочу.
И при общей поддержке.
Все, через что мы прошли, и такая массивная поддержка —
просто невероятно.
Не устаю повторять, как мне повезло.
Я завершил цикл. Вернулся туда, откуда начал.
Я думаю о том времени, когда был молодым.
И о том, где я сейчас, снова у истоков, там, где начинал.
Снова занимаюсь любимым делом.
Что может быть лучше? Я даже не знаю,
особенно если учитывать,
как нам пришлось идти ко всему этому.
Надеюсь, люди увидят то, чего добился я,
и поймут, что у них тоже все получится.
ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ КАМПАНИИ «FEDERAL 52» ЧАСТЬ 2
Вся моя работа, все, что я делал до настоящего момента,
все шло к этому.
Мне это все кажется
нереальным:
все эти люди по всему миру,
которые просто сидели дома,
на диване или еще где,
в какой-то момент включили компьютер и подумали:
«Какая классная колода карт!»
И нажали на кнопку.
И я этих людей не знаю
и, возможно, никогда не узнаю,
никогда не увижу.
Но каждый из них, каждый, кто нажал на кнопку,
сыграл огромную роль в моей жизни, изменил ее.
И такой небольшой момент,
люди даже не знают об этом,
но узнают, получив карты.
Там на внутренней стороне, на колоде…
на упаковке написано...
«Для Клэр» и «Для Скарлетт».
Так зовут моих дочек.
Эти люди полностью изменили мою жизнь
и жизнь моих дочерей,
моей семьи.
Догнала! Ты — салочка!
Смотри, папа.
Здорово! Это что?
Чмок!
Я взял свои идеи, достал их из самого сердца
и показал людям.
И знаете, если у меня получилось, у любого получится.
ПРОШЛО 5 НЕДЕЛЬ
Когда я сюда переехал три года назад,
я даже не представлял,
что меня ждет
здесь в Лос-Анджелесе.
Мне здесь было отлично.
Я познакомился с великолепными людьми,
которые теперь значат для меня очень много.
И которые и через 20 лет будут много для меня значить.
Конечно, грустно думать о том,
что я все это оставляю.
У меня в офисе все говорили: «Ты переезжаешь в Техас?
Ты что, какой Техас?
Да ты в Техасе просто расплавишься».
А я говорю, да, мол, знаю, что жарко в Техасе, ну и что.
Именно поэтому кондиционеры и изобрели.
То есть это просто еще одна глава моей жизни,
глава, в которой есть моя семья, моя жена.
Я готов к этой главе,
я многому научился,
узнал много того, что помогло мне стать тем, кто я есть,
стать тем отцом и тем мужем, которым я теперь являюсь.
Грешно желать большего:
теперь я отправляюсь домой.
Необязательно сидеть и ждать,
пока какая-то компания решит, что тебе это нужно.
Ты можешь все сделать сам.
Мы создали эту огромную, открытую для всех платформу.
Мы создали такое время, когда небезразличные люди
могут показать себя, показать, что им небезразлично.
Давайте не упустим этот шанс.
Революция происходит здесь и сейчас.
Забудьте о том, как все делалось раньше.
Мы снова начинаем созидать.
Мы создаем в Бруклине,
в Японии,
создаем везде,
во всех уголках земного шара.
Мы живем в новую эпоху.
Мы живем в совершенно новом мире,
в котором окружающие нас технологии
вдруг дали нам возможность
делать и создавать то, во что мы верим.
СЕМЬЯ РОБИНСОНОВ ТЕПЕРЬ ЖИВЕТ В ТЕХАСЕ
ДЖЕКСОН РАБОТАЕТ НАД ДИЗАЙНОМ НОВЫХ КАРТ
ОН ОТКРЫЛ СОБСТВЕННУЮ КОМПАНИЮ ИГРАЛЬНЫХ КАРТ
ВМЕСТЕ СО СВОИМ БРАТОМ ТЭЙЛОРОМ
ИГРА «ПУСТОШЬ-2» ПРОШЛА БЕТА-ТЕСТИРОВАНИЕ
И ПЕРЕД РЕЛИЗОМ ПОЛУЧИЛА ОДОБРЕНИЕ ИГРОКОВ
БРАЙАН И МЭТТЬЮ РАСШИРЯЮТ СВОЮ КОМАНДУ
ИГРА «МУЧЕНИЕ» БЫЛА СРАЗУ ЖЕ ЗАПУЩЕНА В ПРОИЗВОДСТВО
НА ТОТ МОМЕНТ НА НЕЕ БЫЛА СОБРАНА
САМАЯ БОЛЬШАЯ СУММА В ИСТОРИИ
КРАУДФАНДИНГА ВИДЕОИГР
КОМПАНИЯ «ФРИКЕР США» СМОГЛА ПЕРЕЕХАТЬ
В БОЛЬШОЙ ОФИС В БОЛЕЕ БЕЗОПАСНОМ МЕСТЕ
А «БОЛЬШАЯ ФИРМА» СТАЛА ПРОДАВАТЬ
ОРИГИНАЛЬНЫЕ «ФРИКЕРЫ»
В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ НАД ПРОИЗВОДСТВОМ «ФРИКЕРОВ»
КРУГЛОСУТОЧНО РАБОТАЕТ 8 СТАНКОВ
100% «ФРИКЕР США» ПО-ПРЕЖНЕМУ
ПРИНАДЛЕЖИТ ЗАКУ, АЛИШЕ, ЛОРЕНУ И ДЖАСТИНУ
ПОСВЯЩАЕТСЯ ВСЕМ ТЕМ, КТО ДЕРЗАЕТ
Отлично выглядите, ребята. Хочется вас обнять.
Если бы я мог, я бы точно вас сейчас всех обнял.
Но есть грань, есть экран,
вы в будущем.
Но я вас все равно люблю.
И если мы увидимся когда-нибудь, давайте обнимемся.