"УДИВИТЕЛЬНАЯ ВЕЩЬ - ВРЕМЯ". АЛЬБУС ДАМБЛДОР
Спасибо.
Да. Значит, я сижу, смотрю...
Всё как прежде. С ума сойти!
Обалдеть.
- Привет! - Привет.
- Привет!
ЭММА УОТСОН - ГЕРМИОНА ГРЕЙНДЖЕР ГРИФФИНДОР
ОЛИВЕР ФЕЛПС, ДЖЕЙМС ФЕЛПС АЛЬФРЕД ИНОК
ИЭН ХАРТ, ДЖЕЙСОН АЙЗЕКС, МАРК УИЛЬЯМС
РУПЕРТ ГРИНТ - РОН УИЗЛИ ГРИФФИНДОР
ТОМ ФЕЛТОН - ДРАКО МАЛФОЙ СЛИЗЕРИН
БОННИ РАЙТ - ДЖИННИ УИЗЛИ ГРИФФИНДОР
ТОБИ ДЖОНС, ЭВАННА ЛИНЧ, ДЭВИД ХЕЙМАН
МЭТТЬЮ ЛЬЮИС - НЕВИЛЛ ДОЛГОПУПС ГРИФФИНДОР
РОББИ КОЛТРЕЙН - РУБЕУС ХАГРИД ГРИФФИНДОР
РЭЙФ ФАЙНС - ЛОРД ВОЛАН-ДЕ-МОРТ СЛИЗЕРИН
КРИС КОЛАМБУС, АЛЬФОНСО КУАРОН МАЙК НЬЮЭЛЛ, ДЭВИД ЙЕЙТС
ХЕЛЕНА БОНЕМ КАРТЕР - БЕЛЛАТРИСА ЛЕСТРЕЙНДЖ, СЛИЗЕРИН
ГЭРИ ОЛДМАН - СИРИУС БЛЭК ГРИФФИНДОР
И ДЭНИЕЛ РЭДКЛИФФ - ГАРРИ ПОТТЕР ГРИФФИНДОР
ГАРРИ ПОТТЕР ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ: ВОЗВРАЩЕНИЕ В ХОГВАРТС
И он не знал, что в этот самый миг
люди, тайно собиравшиеся по всей стране, поднимали бокалы
и говорили шепотом:
"За Гарри Поттера,
мальчика, который выжил".
- Дэн. - Привет.
- Рад тебя видеть. - Как ты, дружище?
- Привет. - Рад тебя видеть.
Обалдеть.
Просто невероятно.
В прошлый раз ты был ниже ростом.
Ну так, самую малость.
Спасибо за комплимент.
Ну надо же.
Двадцать лет прошло.
- Да. - Так странно.
А ты как сюда попал? Я никогда не спрашивал.
Как ты стал режиссером "Гарри Поттера"?
Я им стал, потому что моя дочка Эленор уговорила меня прочесть книги.
- С четвертого раза. - Ясно.
И когда вышел "Узник Азкабана"...
- Спасибо, Эленор. - Я сказал:
"Ладно. Уговорила. Прочитаю".
Прочел - и сразу увидел кино.
Каким оно будет. И такого со мной больше не было.
Я вылетел в Эдинбург
на встречу с Джоан Ролинг и сказал ей:
"Я это вижу так". А она ответила: "Я вижу точно так же".
Когда вышли книжки, дети выстраивались в километровые очереди.
Тысячи ребят жаждали
поскорее их прочесть.
В книги Джоан Ролинг влюблялось
всё больше и больше людей.
Мне тогда было лет восемь, наверное.
Когда вышла первая книга.
На нее запала вся моя семья:
папа читал ее нам на разные голоса, и мы с братом зафанатели.
Всё время просили его читать дальше.
Он прочтет главу, а мы опять: "Еще! Еще! Ну еще одну!
Ну пожалуйста, папа, еще, еще, еще!"
У моего приятеля
были первые две книжки.
Как-то я у него ночевал, и он сказал:
"Философский камень" - там, на полке".
Так и прошла наша ночевка:
мы молча сидели и читали. Он - "Тайную комнату",
я - "Философский камень". Ну и всё, я пропал навсегда.
Мы сразу увидели
во Фреде и Джордже себя.
Близнецы в литературе
встречаются нечасто.
"Тайная комната" - первая книжка,
от которой я не мог оторваться
до утра.
Она была так ярко написана,
персонажи были такие настоящие.
Это была такая замысловатая,
идеально сконструированная вселенная.
Мало кто помнит, что в те времена
все говорили, мол, литература мертва.
Это удивительный творческий взгляд
на жизнь
и вера в ее безграничные возможности.
Помимо всего прочего, я восхищаюсь Джоан Ролинг за то,
что миллионы из тех, кто на книги даже не смотрел, стали читать запоем.
В этом и заключается сила автора и текста.
Гип-гип, Гарри!
Что касается кастинга,
то поиски Гарри Поттера были какие-то безумные.
Для нового фильма о Гарри Поттере ищут детей, которые сыграют
три главные роли в мультимиллионном проекте.
Помню, я пошел на самое первое прослушивание,
и там были сотни,
если не тысячи ребят.
А мы были единственными близнецами, которые оделись по-разному,
поэтому тут же рванули в магазин
за двумя одинаковыми футболками.
- Прямо с вешалки. - Прямо с вешалки.
"Вот эти две". Надели и помчались.
Нас завели всех вместе в одну комнату.
И сделали вид, что ушли.
Но остался один джентльмен,
который держал над нами
большой бум-микрофон.
Одна девочка спросила меня: "Что это?"
А я ей: "Микрофон, балда".
Нас снимают, говорю. Специально.
Типа я такой опытный.
Этой девочкой была Эмма.
Меня всецело и полностью захватил
восторг от всего происходящего.
Я знала, что хочу быть только Гермионой,
и мои родители, думаю, были в ужасе.
В смысле: что мы будем с ней делать, если она не получит роль?
Я был в восторге и вообще не боялся.
Даже и не думал, сколько фильмов они хотят снять.
"Будет весело!" - думал я.
Но самой сложной задачей для нас
было найти Гарри Поттера.
Мы не могли его найти.
Не могли найти Гарри, и всё.
Это было странно,
и мы начинали паниковать.
Как-то раз я сидел в своем номере отеля в Лондоне
и смотрел "Дэвида Копперфильда" от Би-би-си.
И у меня как лампочка над головой вспыхнула:
"Вот он, Гарри Поттер.
Вот этого мальчишку мы так долго искали".
Я сказал директору по кастингу: "Надо вытащить его на пробы".
А она мне: "Без вариантов. Его родители не хотят,
чтобы он в это ввязывался, они его не отпустят".
Я должен был сыграть в семи фильмах,
а съемки-то - в Лос-Анджелесе, и мама с папой сказали:
"Это слишком сильно повлияет на его жизнь".
К счастью, Дэвид Хейман
через некоторое время пошел в театр.
Двое мужчин, сидевшие передо мной, стали вертеться.
Дэвид - профессионал, и он сумел убедить отца Дэна
привести его на прослушивание,
и таким образом мы наконец-то нашли Гарри Поттера.
И - начали.
- Это яйцо дракона! - Что?
- Ну да, яйцо. - Что это?
- Яйцо дракона. - Да?
Да.
Я был жизнерадостным, но, видимо, лицо у меня было такое...
"Ты очень милый, но выглядишь так,
будто творится что-то страшное!"
Меня переполняли эмоции,
когда я увидела перед собой этого мальчика.
Я сразу поняла: да, это он. Слава богу.
Руперта и Эмму мы взяли без особых раздумий,
они же как будто из книжки выскочили.
Мы устроили им совместные пробы, чтобы убедиться, что есть химия,
и убедились - с первой же попытки.
Ребята, когда она что-то найдет, вы придвинетесь к ней.
И - начали.
Здесь-то я не посмотрела.
А ведь брала эту книгу для легкого чтения.
- Это - легкое? - Помолчи!
Если сюда прямо сейчас заявится Филч,
с Гриффиндора снимут не меньше 50 очков.
Ну конечно! Вот, смотрите!
Николас Фламель, единственный создатель Философского камня!
Чего?
Хотите сказать, что не читали?
Стоп. Отлично.
- Я так рад вас видеть. - Да вообще, сюр какой-то, да?
Какие ощущения
от возвращения в прошлое?
Во-первых, куча эмоций. Естественно.
А во-вторых, кажется, будто это было вчера и одновременно сто лет назад.
Да, у меня такая же история.
Нет ощущения, что прошло много лет.
Рановато нам реюнионы устраивать.
- Да. - Точно.
У меня камни в почках и ребенок, так что времени прошло много.
- Да, ты говорил. - Груз лет ощущается.
- Да. - И при этом -
целая коллекция общих воспоминаний,
обо всем, что мы делали вместе,
которые можно очень легко извлечь из памяти.
- Да. - Вроде наших первых проб,
нашего знакомства...
- Это точно. - Помню, в свой первый день
я вышел из гримерной
и увидел еще одного мальчика с темными волосами.
Я не разглядел его лица, но подумал:
"Вот, еще один Гарри Поттер идет на пробы".
- Да-да-да. - Они смотрели разные комбинации
Рона, Гарри и Гермионы.
И вот однажды нас поставили всех вместе.
Да, я помню, что, когда мы оказались втроем,
ощущения были другие.
- Да-да. - Всё было легко и правильно.
Мы сразу совпали.
Мы были на студии. Нам сказали, что роли наши.
И говорят: "Мы объявили, что вы получили роли,
так что домой вам нельзя - там вас будут ждать журналисты".
Сейчас всё будто перевернулось вверх тормашками.
Это...
Не знаю, со мной такого еще никогда не случалось.
Родство с Гермионой я почувствовала сразу:
"Это я. Я и есть эта девочка".
Эмма была, вероятно, умнейшим человеком на площадке.
Я имею в виду не только детей.
Она была очень умным ребенком.
По-моему, я жутко похож на Рона.
У меня в семье семь человек. Вот.
И сестра у меня рыжая, и живу я в норе.
В тот момент Руперт был самым готовым к съемкам
12-летним мальчишкой во всем мире.
Он был такой... не знаю,
бесстрашный.
Руперт действительно был Роном.
А Дэн как бы на самом деле был Гарри.
Каково это - стать знаменитым?
Прикольно.
Мы все так считали.
Нам было комфортно на пробах благодаря тебе,
и это ощущение никуда не делось и на съемках.
Тебе это давалось невероятно легко.
На первом фильме я чуть не умер во время съемок.
Но я считаю, что свое волнение выдавать нельзя.
Всем должно быть комфортно,
все должны чувствовать себя одной семьей.
Чтобы каждый чувствовал себя дома.
Ребята, внимание. Добро пожаловать на урок.
Протяните руку каждый над своей метлой.
В первые недели съемок все ребята были по большому счету в шоке.
Вспоминая первые дни, я удивляюсь,
что не терял сознание от переизбытка событий вокруг.
- Два фунта! - Дэн,
теперь ты от нее отворачиваешься, вот так, хватаешь метлу,
смотришь вверх, как будто собираешься взлететь.
Думаю, это опять же заслуга Криса и съемочной группы:
нам всё время было весело.
Мы же были детьми. И нам хотелось вместе валять дурака.
Крис Коламбус создал для нас атмосферу как в парке развлечений.
На съемках мы вели себя как нормальные дети.
Я вот запомнила,
что на съемках "Философского камня" научилась играть в слам.
А помнишь, что еще мы часто делали?
- Помнишь? - Точно, в шлепки.
- Да. - У нас постоянно были
до ужаса красные руки. - Мы даже костяшками играли.
- Так друг друга лупили. - Точно.
- И по голеням. - Точно.
- Да. - Голени я запомнил.
Точно-точно.
А вот и не попала!
Я чемпион!
Думаю, они здорово усложнили себе работу, позволив нам так веселиться,
это ж отвлекало нас
от нашей собственной работы.
А потом так - раз! - и мышеловкой нос прищемил!
Зайчик, ну носом-то зачем, весь грим сотрешь.
Сложно было и потому,
что в течение одного дубля мы концентрировались
и расслаблялись моментально.
Скажут реплику - и улыбнутся в камеру.
Видно, так радовались, что снимаются в "Гарри Поттере",
что не могли достаточно долго сдерживать свой восторг.
Ребята, ребята.
Коламбус много работал с детьми,
и он прекрасно с ними общался.
Присаживался на корточки,
собирал их вокруг себя, чтобы никто, кроме них, не слышал.
Он был для нас прямо как папа,
мы и правда чувствовали себя
членами его семьи.
Обращайся с ней посвободнее.
- Не ограничивайся репликами. - Мы готовы.
- Понимаешь? - Да.
Не замирай вот так.
Надо, чтобы все видели: ну да, он умеет с ней обращаться.
- Хорошо. - Да.
- А так молодец. - Это непросто.
Работа с детьми требует терпения.
Особенно с гиперактивными детьми, которых переполняет восторг.
Да. Вот такое движение.
Грациозное и с достоинством.
Они хотели прочесть...
Какая встреча.
Привет.
- Подкрался. - Гриффиндорцы на отдыхе.
- Иди сюда. - Здорово, брат.
И как только Крис сохранял хорошее настроение?
- Мы всё время носились. - Нам было по одиннадцать.
- Можно добиться чего-то от троих. - Да.
Но пятеро на заднем плане будут заниматься фигней.
Точно. Руперт был вообще неудержимый.
- Когда у него открывались шлюзы... - О да.
Но наверное, поэтому всё и сработало.
- Да. - Коламбус позволил нам быть...
- Да. - Детьми.
- Для меня это не было работой. - Вообще.
- И это очень важно. - Да.
- Поэтому и на экране ты видишь... - Да.
Но самое смешное - то, что мы были в окружении
лучших актеров Великобритании
и вообще не въезжали, кто все эти люди.
- Вот-вот. - Я поначалу принимал Ричарда Харриса
за какого-то экскурсовода.
Вряд ли хоть кто-то из ребят был тогда способен осознать,
с какими исполинами им приходится работать.
Хагрид встретил не незнакомца. Это был Снегг.
Я уверен, он знает, как пройти мимо Пушка.
- Жаль, Дамблдор уехал. - Добрый день.
Весь цвет британских подмостков.
- Говори, в чем дело. - Я не знаю, как так вышло!
Когда я думаю о том, рядом с какими людьми я рос,
чей талант и мастерство наблюдал своими глазами, чью работу я видел...
Взрослые актеры вели себя как хулиганы - в хорошем смысле.
А что, неплохо.
Скажем, Робби Колтрейн...
Он был как мальчишка.
Вел себя совсем не как взрослый.
С ним было очень весело.
Он обожал смешить нас, и у него это здорово получалось.
Я испробовала всё, что только можно:
и крема пробовала, и гели,
даже пробовала бриться.
Каждое утро мой муж грозится, что уйдет от меня.
Если б он меня любил,
то растительность на лице ему бы не мешала,
но характер у него очень сложный.
Твоя доброта и душевное тепло,
они повлияли на многое.
Мы столько времени проводили вместе!
- Да. Да. - Я...
С вами я бывал чаще, чем с родными детьми.
Да ужас просто.
Кошмар.
Если честно, мои самые любимые сцены были с тобой и остальными ребятами
в доме Хагрида.
А я вспоминаю ту сцену, где меня назвали грязнокровкой.
- Да. - В тот день
ты был так внимателен ко мне. - Да.
Это же была моя первая серьезная сцена.
Грязнокровкой.
- Как он мог? - Объясните же.
Это значит "грязная кровь".
Самое гнусное прозвище для тех, кто рожден маглами.
У кого родители - не маги. Это и обо мне.
Вы трое стали потрясающими актерами.
Придя на площадку,
вы как будто вошли в этот мир. - Да.
- Декорации Стюарта Крэйга... - Да.
...были крайне детализированными.
Я всегда настаивал на том,
что Хогвартс не должен выглядеть
как мир, который невозможен в реальности.
Мне дали невероятную творческую свободу,
и мы могли создать этот самый мир с нуля.
Некоторые декорации потрясали даже меня,
а ведь я был в профессии уже 35 лет.
Когда я впервые пришла на площадку,
мне показали Большой зал,
и это было сногсшибательно.
Полы были сделаны из настоящего песчаника.
Во многих сценах было по 250 статистов,
которые бегали и что-то там ели,
пластик бы просто не выдержал.
Плюс еще горящие свечи, подвешенные в воздухе...
Мой любимый момент на съемках -
когда огонь от свечей прожег веревки,
за которые они были подвешены... - Да.
...и свечи начали падать. - Сотни настоящих свечей.
- Да вообще. - Горящих свечей,
подвешенных на лесках к потолку!
Сейчас всё бы сделали на компьютере.
- А у нас всё... - А ведь действительно...
- Обалдеть. - Спасибо Стюарту Крэйгу.
- Да. - Да.
- Мы любим тебя, Стюарт. - Да.
Сложнее всего было снимать квиддич,
да еще так, чтобы зритель сразу понял правила.
Квиддич - довольно простая игра.
В команде - по семь игроков.
Три охотника, два загонщика,
один ловец и вратарь. Ставь.
Джоан Ролинг написала нам свод правил.
Книгу правил квиддича, которая объясняла всё до мелочей.
Затем наш художник-постановщик Стюарт Крэйг сделал
дизайн поля для квиддича
и, по сути, создал
аутентичное, настоящее поле для игры, которой попросту не может быть.
Побольше энтузиазма и энергии!
Приготовились, начали!
- Гол! - Анджелина Джонсон открывает счет!
Десять очков у Гриффиндора!
Всегда хотел тебе сказать: когда на второй или третий день съемок
камера дала твой крупный план и ты сказал:
"Я вернусь еще. Я это знаю"...
Значит, едем домой, Гарри?
Залезайте, тихо. Тш-ш.
Быстрей.
Доброе утро, семейство!
Доброе утро, папа.
Я обожал каждую сцену,
где все Уизли собирались вместе, особенно в "Норе", их доме.
Энергия била через край,
все играли друг от друга...
Что интересно,
"Нора" постоянно менялась:
то расширялась, то сжималась.
То там здоровенный камин с каким-то рисунком,
то внезапно она совсем крошечная.
Да, декорация была как живая, всегда менялась.
Быть Уизли в "Гарри Поттере" - это лучше всего.
Хогвартс - это одна большая семья,
но приятно, что у нас была еще и своя, отдельная.
- Да. - И у нас были свои собственные сцены.
Работать с Джули - это счастье.
Мы даже здоровались:
"Привет, мамочка!" - "Привет, папочка!"
Джули Уолтерс, которая играла мою маму, миссис Уизли, -
человек совершенно чудесный.
Она буквально взяла меня под крыло
и безупречно исполнила роль матери.
Я очень сблизился с близнецами.
Они и правда были мне как братья.
Джули Уолтерс и Марк Уильямс стали мне второй семьей.
Они почти не выходили из образа
и регулярно подыгрывали друг другу.
Дамбулдор... Тьфу.
Кто? Кто, дорогой?
Дамблдор, видимо, знает, что ты здесь.
Стоп!
Стоп, стоп.
Всё неправильно.
С ума сойти. Отлично выглядите.
Как сам? Глазам не верю.
- Как вы? - Отлично.
- А ты как? - Хорошо.
- Как же я рад. - Да.
Если первым на тебя влияет Хагрид,
скорее всего, ты будешь свой в доску.
Очаровашка и любитель обниматься.
А он красивый.
О, смотрите, он знает свою мамочку!
А если твой папа - чокнутый маньяк
с тростью в виде кобры,
трудно вырасти дружелюбным парнишкой.
Дубль 37, камера.
- Том, не забывай. - Встань на маркер.
Рассказываешь медленно и зловеще. Но мягко.
Приготовились, начали.
Тома я полюбил с первой секунды.
Он всегда был такой милаха.
Работать с Джейсоном - это восторг.
Ну, если честно, не всегда восторг.
Он моментально, за доли секунды
превращался в самого неприятного и мерзкого человека на земле.
Помню, я его сграбастал,
вел себя насколько мог отвратительно,
а на его мордочке читалось, как отчаянно он ищет моего одобрения.
Мою первую сцену, кстати, вырезали.
Ищите ее в дополнительных материалах.
Драко что-то там потрогал, а я поднял трость и...
Ничего не трогай, Драко.
Но я не знал, что зубы на ней - острые.
И они воткнулись Тому в руку.
Он взглянул на меня, и глаза его наполнились слезами.
Да, отец.
Я сказал: "Том, прости, пожалуйста,
я не знал, что зубы такие острые".
А он мне: "Зато сцена хорошо получилась".
В кадре он - злой отец,
но после "стопа" он подходил, обнимал меня и говорил:
"Сильно ударил, да?"
Прямо Джекил и Хайд какой-то.
Гарри Поттер.
Какая великая честь.
Помню, я сказал приятелю:
"Я получил роль эльфа в "Гарри Поттере".
И были визги невероятной радости
и полное отчаяние от того, что я не понимаю
всей важности этого персонажа.
Мы сняли дубль, и он сказал: "Спасибо, Люциус".
Я махнул ногой, шагнул, махнул тростью.
Крис крикнул: "Стоп! Вытрите пол, Джейсон поскользнулся".
А я ему: "Я не поскальзывался".
А он: "Тогда что случилось?" -
"Это я дал Добби пинка".
И тогда я понял: это будет нечеловечески весело.
Мистер Малфой!
Я хочу вернуть вашу вещь.
Носок - это, с одной стороны, такая мелочь,
но, с другой стороны, это единственное, что важно.
И в этом, я думаю, прелесть персонажа.
Хозяин дал Добби носок.
Что? Я ничего...
Хозяин подарил Добби одежду.
И теперь Добби свободен.
что важно не то, кем человек рожден,
а то, кем он станет в будущем.
Привет.
Как ты, мальчик мой?
Хорошо. Спасибо, что пришел.
И согласился поболтать.
Кто это? На снимке.
Кто это?
Это Сириус Блэк. Вот кто это.
Сириус Блэк - это ключевая фигура для Гарри
и часть основной идеи:
не суди о книге по обложке.
Ведь сперва Гарри воспринимает
Сириуса Блэка как преступника.
Убийца в бегах.
Сириус Блэк?
При чем тут я?
Но Гарри знакомится с ним
и по ходу фильма понимает,
что он не таков, каким его пытаются выставить.
Он совсем другой.
Гэри Олдман - удивительный актер.
Мы его выбрали в том числе из-за злодейского потенциала,
но при этом у него доброе сердце
и какая-то внутренняя теплота.
Скажи, когда тебе впервые предложили роль Сириуса?
Я знал про "Гарри Поттера",
но считал это исключительно детской историей.
Мне все говорили: прочитай книжки.
Плюс у меня есть дети, так что вряд ли я бы смог этого избежать.
Авторы фильма решили добавить немного мрачности.
- Да. - Это было интересно.
Я встретился с Альфонсо.
Мне кажется, тогда меня привлек именно он.
Народ, не забывайте: лягушек берете с собой.
"Узник Азкабана" - это история взросления.
Момент перехода от детства
к подростковому возрасту.
В первых фильмах
Гарри - всё еще ребенок.
В этих фильмах больше оптимизма
в плане общей тональности.
Но когда ему исполняется тринадцать,
вокруг Гарри начинают сгущаться темные тучи.
И это необходимо было отобразить стилистически.
Что случилось?
Не знаю. Может, сломался поезд?
"Узник Азкабана" стал началом новой эры.
История стала намного мрачнее,
в ней появились взрослые темы.
То, как именно Джоан Ролинг описывает дементоров, навевает ужас.
И мне очень хотелось передать это ощущение,
когда дементоры приходят,
чтобы высосать всю радость,
что они фактически забирают душу Гарри.
Но показать это удалось в первую очередь за счет актерской игры Дэна.
На "Узнике Азкабана" сколько тебе было?
- Четырнадцать. - Правда?
- Да. Да. - Неужели?
У меня, видимо, проснулось
отцовское чувство.
Что ты хочешь сделать, Гарри?
Первый, перед кем я испытал священный трепет,
был Гэри Олдман. - Да, я помню.
- Помню, как ты... - Как я психовал?
Как мы о нем говорили. Ты такой:
"Эмма, слушай, держи себя в руках.
Гэри Олдман - это вам не это, так что спокойно".
А я такая: "Ясно".
Это я проецировал собственный страх,
я себе говорил: "Дэн, он крутой, держи себя в руках".
Дэн поначалу боялся,
но Гэри был очень открытый
и как человек, и как актер,
он сразу же принял его
и включил в актерский процесс.
Смотреть на них было очень приятно,
они как будто отзеркаливали отношения своих героев,
ведь для Гарри Сириус Блэк был своего рода кумиром;
кумиром, которого он считал недоступным и во многом пугающим.
И практически так же, как и в фильме, они поняли друг друга
и между ними образовалась очень крепкая связь.
Когда я видел,
как они между дублями сидят вместе, общаются, хохочут,
для меня было очевидно, что Дэн смотрит на Гэри
с неприкрытым восхищением и уважением.
Смотреть на то, что происходило в Визжащей Хижине,
для нас троих было как смотреть теннис.
"Вот это актерище!
Вот к чему нам надо стремиться!"
- Там был Тим Сполл. - Да.
Единственный и неповторимый Алан Рикман.
- Да. - Дэвид Тьюлис.
Ты, Эмма и Руперт.
Очень приятно, что ты включил в эту группу и нас троих.
Мы смотрели на вашу игру со стороны и видели вроде обычных людей,
но при этом потрясающих актеров,
которые, как и все, угорали между дублями,
показывали, что процесс не обязан быть мучительным,
но может быть напряженным,
и это было очень важно.
- Давай убьем его! - Подожди!
Я устал ждать!
Двенадцать лет ждал!
В Азкабане!
Я еще никогда не снимал сцены с таким актерским составом.
Это очень длинная сцена, с сюжетными поворотами внутри,
и это было очень увлекательно.
Это напряженная сцена: на карту поставлено очень многое.
Нет!
Я доверяла вам!
И ясно видно, как Руперт, Эмма и Дэн
выложились в этой сцене на все сто процентов.
Это прекрасно. Это ярчайшее воспоминание со съемок.
Я говорил Дамблдору, что ты помогаешь старому другу,
и вот доказательство.
Браво, Снейп.
Ты снова пытался решить задачу
и, как всегда, пришел к неверному выводу.
Я обожаю Сириуса Блэка,
обожаю их отношения, он для Гарри сразу и классный дядя,
и в каком-то смысле старший брат.
Да, он подается как злодей,
а потом будто кто-то переключает рубильник:
"А-а, так его подставили. Так-то он хороший".
И добрый при этом.
Да, добрый, сердечный. И довольно классный.
- Да. - Жаль, что мы не видели
картины в целом.
У нас были только книги, а они выходили...
- Да, по одной. - Ты, может, и знал...
- Не знал. Рикман знал. - Ты же был Гарри...
- Только он, и всё. - Рикман?!
- Да, он знал концовку. - Как это он ухитрился?
Он почти в самом начале сказал Джоан:
"Я должен знать, что со мной будет". - Во дает.
Дай мне повод. Умоляю.
Значит, Рикман сразу всё знал?
- Да, знал. - Он...
И никому не сказал, даже Крису.
Крис его спрашивал: "Почему ты вот так поступаешь?"
А он: "Я тебе потом скажу".
- Да, потом узнаешь. - Да-да.
Надо будет - скажу.
Дэн не был ребенком-актером, он был нашим коллегой.
Альфонсо сказал:
"Вы - подростки, и я буду вести себя соответственно".
Даже давал нам задания на дом.
- Да. - Слушайте, слушайте.
Он хотел узнать нас
и поэтому придумал такой способ:
просил написать сочинение от лица персонажа.
Он говорил: "В данный момент вы знаете своих героев лучше,
чем когда-либо буду знать я,
вот вы мне всё и объясните".
Исписав где-то половину листа А4, я подумал:
"Ну, по-моему, больше добавить нечего".
У Джоан ушло на это где-то страниц 500, наверное,
а я уложился в полстраницы. Супер.
Ну да, а что? Горжусь собой.
Эмма, естественно, писала страниц по 12. Очень художественно.
А Руперт не написал ничего.
А я не писал вообще.
Я говорю: "Руперт, где твое сочинение?"
А он мне: "Я подумал,
что Рон бы ни фига не сделал.
Ну и я не стал".
К счастью, Альфонсо понимал,
что для Рона продолбать домашку - это естественно.
Руперт - это...
...Рон.
Рон на все сто процентов.
Эмма - актриса,
очень преданная делу.
Она серьезно готовится,
и на съемках у нее всё и всегда получается как по маслу.
Суть-то вся в том, что они замечательные актеры.
Сириус Блэк приходит к искуплению,
помогая Гарри понять, кто он есть на самом деле.
Это то самое мгновение подлинного освобождения,
и эта свобода символически отображается
в их совместном ночном полете
под серебристой луной.
Мы были как одна семья, верно?
- Да. - Подобного не было никогда.
В кино это редкость, потому что работаешь с кучей людей,
отношения хорошие,
но чаще всего после этого вы уже не видитесь.
А с "Гарри Поттером" ты словно домой приходишь. Это...
Вот почему, хотя не только поэтому, это особенный проект.
Да. Полное ощущение, что...
- Да. - Ты становишься частью истории кино.
Хогвартс выбран местом проведения
Турнира Трех Волшебников.
"Кубок огня",
вся эта история
с Турниром Трех Волшебников -
это было так неожиданно, так сногсшибательно,
магия сцен захватывала тебя полностью.
Это поражало.
Я помню, как впервые появились ученицы Шармбатона, ученики Дурмстранга.
Это было так круто.
Для четвертой части мы искали режиссера-британца,
кто придаст театральности.
Стоп. Всем спасибо.
Майк - очень энергичный,
шумный, увлеченный человек.
Идеальный режиссер для этого фильма.
Картина вышла величественная,
динамичная, зрелищная и очень оригинальная.
Обожаю Майка, он классный.
Он как будто сам из этой книжки,
словно сам учился в Хогвартсе, честное слово.
Но он всё еще с нами.
Вот здесь.
Они погибли не напрасно!
Главное, что сделал для меня "Гарри Поттер",
как для героя, так и для актера...
В отличие от тебя. Он помог мне стать тем, кем я не был.
Сердце Гарри билось за нас!
За всех нас!
А затем понять, кто я на самом деле.
Вспыхни!
В книге последнее сражение между Волан-де-Мортом и Гарри
состоялось в Большом зале при огромном числе зрителей.
А мне хотелось чего-то более приземленного,
жесткого и стихийного.
Ведь между этими двумя противниками
едва ли не духовное родство, если угодно,
если вспомнить о крестражах.
И я подумал: было бы замечательно, если бы Дэн схватил Рэйфа
и прыгнул с башни вместе с ним. - Давай, Том.
Покончим с этим так же, как начали.
Вместе!
В момент трансгрессии они сливаются воедино.
Такова их глубинная связь, которую мы исследовали
на протяжении всех книг и фильмов,
а это - ее визуализация перед тем, как они оба рухнут на землю.
Физически я был без сил, насколько мы тогда выложились.
До предела.
Мы снимали в холодное время года, небо было серое,
и у меня сводило предплечье, потому что во время противостояния
нужно было
напрягать все силы.
Съемки - это не только физически трудно,
было и моральное напряжение:
именно тебе выпало закончить сагу. И заканчивать надо как следует,
конец должен быть выразительным, должен вызвать отклик.
Донести суть.
- Как тебя зовут? - Здрасте, я Эмма Уотсон,
играю Гермиону Грейнджер.
- Я стесняюсь. - Ну что ты.
- Что? - Ничего.
- Не нравится твой вид? - Да.
- Почему? - Его смущает заколка в волосах.
- Да! - Шикарная заколка.
Да.
- Камеру прочь! - Почему?
- Вы - пресса. - Точно, я - пресса. Как он догадался?
Ну что, первый день. Как ощущения?
Совершенно фантастические.
- Счастлива? - Очень счастлива.
Да. Скорей бы начать.
Приготовления закончены. Мы начинаем.
Ну всё, за работу. Надо припудриться.
- Да. - Тихо-тихо.
С какими чувствами ты обо всем этом вспоминаешь, Руперт?
Лично я - с теплотой. А ты?
Я горжусь, что причастен к этому.
- Под конец я чувствовал себя странно. - Да.
Когда мы заканчивали,
грань между персонажем и мной самим как будто бы стерлась,
я не понимал, где кончается он и начинаюсь я.
Да. Я и сам порой думал: "Кто я такой?
Что я хочу сделать? Что важно для меня?"
- Да. - Даже мое имя не ощущалось как мое.
- Да. - Я умел делать ровно одну вещь.
- Да. - Играть Рона.
Рон - мой любимый герой, и играть его - это очень круто.
Какая-то экстремальная форма системы Станиславского.
Когда-нибудь это должно было закончиться.
Мы не могли играть эти роли вечно.
Увидев тебя сейчас,
после стольких лет, я чувствую, что...
Главное не расплакаться.
...ты фундаментальная часть моей жизни.
Эмоции - через край. Ты росла у меня на глазах.
Мы выросли вместе. Мы - семья. И это навсегда,
даже если мы не видимся. Господи...
Даже если мы подолгу не видимся -
да, это...
Это крепчайшая, нерушимая связь.
Мы всегда будем частью жизни друг друга.
- Я так рада тебя увидеть. - И я тоже.
Я тебя люблю.
Как друг.
Чисто для ясности. Чтобы зрители не подумали.
Но это правда.
Я вас очень люблю.
Спасибо, Руперт.
Давайте быстренько репетнем и вернемся к нашей истории.
По готовности. Начали.
Когда мы заканчивали последние сцены,
одной из самых последних, которую мы отсняли, была та...
Мы прыгнули, пролетели мимо камеры
и приземлились на огромный мат.
В этом была самая суть: в дубле, где мы прыгаем в камин.
Это было очень символично.
Ведь всё так и было. Прыгнув на этот большой мат,
мы как бы перемещались в другой мир.
Наше общее душевное волнение было чуть ли не материальным.
И наше, и всех тех, кто поддерживал ребят,
был рядом с первого дня.
Всех тех, у кого на глазах они росли.
Вот так...
В самый последний день я не выдержал.
Я помню, как мы обнимали друг друга.
Мы все трое были
попросту раздавлены.
Наверное, в тот день мы впервые позволили себе
осознать, что это всё.
Мы дошли до конца.
Это буквально вросло в меня.
Фильмы стали для меня единицей измерения.
Спроси меня: "Когда ты сдал на права?" -
и я отвечу: "Во время "Ордена Феникса".
Каждый этап моей жизни тесно связан с "Гарри Поттером".
Когда я встречаю тех,
для кого "Гарри Поттер" - важная часть жизни,
для кого книги или фильмы - часть их собственной личности, это...
Да, это повод для гордости.
В "Гарри Поттере" есть нечто такое,
что делает жизнь богаче. Когда случается что-то плохое,
наступают трудные времена,
сказка становится отдушиной, которая придает сил,
спасает от одиночества.
Я не знал, что несут эти фильмы, когда в них снимался.
Я часто слышал что-то типа: "Это единственное,
что мы с моим папой смотрим вместе. Мы почти не общаемся,
но "Гарри Поттера" всегда смотрим вместе".
Быть причастным к ним само по себе чудо,
но ведь они еще и получают новую жизнь в новых формах:
спектакли в театре, "Фантастические твари"...
Они обрели вечную жизнь, и это потрясающе.
Гарри Поттер! Гарри Поттер!
Истории про Гарри Поттера уникальны.
И то, о чем в них рассказывается,
и истории отдельных персонажей -
всё это как-то преображает людей.
Это волшебство.
Здесь так красиво.
Каждый ребенок задается вопросом:
как найти свое место?
И каждый ребенок проходит такой вот грандиозный путь.
Добби всегда придет на помощь Гарри Поттеру.
Такие истории окрыляют молодых людей. "О, это ведь могу быть я
в миг сомнений или во время ссоры с родителями".
Не отходи от меня.
До самого конца.
Я поняла, что причастна
к необыкновенному миру,
удивительному и прекрасному.
- За Гарри. - За Гарри!
- За Гарри. - Чем хороши эти истории,
в чем их целительный эффект:
люди, которые в иных обстоятельствах чувствуют себя одинокими,
понимают, что они не одни.
- Не отдавай, Гарри! - Тихо.
Большинство из тех, кто ко мне подходит,
на момент съемок первого фильма еще даже не родились,
и из-за этого я чувствую себя старым,
но всё же мне очень приятно.
Новые поколения тоже смотрят эти фильмы.
Учишься балету, Поттер?
Уникальность "Гарри Поттера",
помимо невероятного волшебного мира
и героев, созданных Джоан Ролинг,
еще и в том, что мы можем видеть, как дети становятся взрослыми.
Видеть это прямо в кино.
Вряд ли мы видели такое раньше. И не факт, что подобное повторится.
Мне очень повезло стать частью мира,
который люди так любят, который делает их счастливыми.
В этом есть некий эскапизм,
причем здоровый эскапизм.
Да, думаю, "Гарри Поттер" дает именно это.
Для этого и нужны эти истории.
Они учат, как нужно жить.
Для меня это конец эпохи. Десять лет моей жизни.
За это время успели вырасти мои дети.
Сегодня последний съемочный день Робби Колтрейна,
лучшего привратника Хогвартса.
Наследие, которое оставили эти фильмы, перейдет от поколения моих детей
к их детям. Так что и через полвека их тоже будут смотреть.
Жаль, что меня уже не будет.
Не переживай из-за этого ни минуты.
Но Хагрид - будет. Да.
Столько лет прошло,
но воспоминания очень теплые. Я часто об этом думаю.
Прекрасное было время, чудесное.
Замечательное.
Это самый лучший, самый удивительный опыт,
мне не хватает слов, чтобы объяснить. Такие хорошие ребята, такие добрые,
и оба относились к делу очень ответственно. Я...
Я так им благодарна за это.
Мы и вправду как семья. Нашу связь невозможно разрушить.
Это очень важные для меня люди.
Съемочная группа была бесподобная.
Люди, с которыми мы работали - это...
Это фундамент того, кто я есть.
Как человек, как актер.
Мне очень повезло, что я стал тем, кем стал, живу так, как живу,
что я могу работать с теми, с кем работаю сейчас.
Но всё это - только благодаря "Гарри Поттеру".
Так что - да. Это были очень...
Очень хорошие десять лет.
Экспекто Патронум.
После стольких лет?
Всегда.