Глава Первая. Последний дилижанс на Ред Рок.
Есть место ещё для одного?
Кто ты такой, чёрт тебя дери, и что случилось с ними?
Майор Маркиз Уоррен, бывший кавалерист армии США.
В настоящее время являюсь судебным исполнителем.
Нужно доставить парочку плохишей в город.
Бумаги на них у меня в кармане.
Везёшь их в Ред Рок?
Я полагаю, ты едешь туда же?
Эта чёртова метель идёт за нами по пятам уже третий час кряду.
Нам не успеть в Ред Рок до того, как она начнётся.
Стало быть, держишь путь к галантерее Минни?
Верно говоришь.
- Можно с вами? - Ну, черномазый...
Как по мне, так пускай.
- Но решать не мне. - А кому тогда?
Мужику в фургоне.
Мужик в фургоне не расположен к компании?
Мужик в фургоне заплатил за частную поездку, и поверь...
Заплатил за неё немало. Хочешь ехать с нами,
- Разговаривай с ним. - Что ж.
Этим я и займусь.
Ни с места, негритос.
Прежде чем подойти,
вытащи свои револьверы и положи их вон на тот камень.
Потом подними руки высоко над головой,
и можешь подойти.
Без лишних телодвижений.
Доверчивый парень, а?
Не очень-то.
Положи их на землю.
Теперь подойди.
Едрёна мать, я же сказал, руки над головой!
Теперь иди.
Достаточно.
Разрази меня гром, я знаю этого негритоса.
Полковник как-тебя-там Уоррен, да?
Майор Маркиз Уоррен.
Я тоже с тобой знаком.
Мы пообедали вместе как-то раз в Чаттануге.
Тебя зовут Джон Рут, по прозвищу Палач.
Он самый.
- Как давно это было? - Когда мы обедали?
Восемь месяцев назад.
Объясни мне вот что,
чего ради африканский охотник за головами
шляется посреди снегов в самом сердце Вайоминга?
Пытаюсь привезти в Ред Рок парочку голов.
До сих пор в деле?
А то!
Что случилось с лошадью?
Обстоятельства вынудили нас пойти по долгому пути. Лошадь этого не вынесла.
Знаешь что-нибудь про эту цыпу?
Нет.
Даже имени не знаешь?
Неа.
Значит, дела у всех в этом фургоне идут хорошо.
Чертовски уверен в этом.
Майор Маркиз Уоррен, это Дейзи Домерг.
Домерг, это Маркиз Уоррен.
Здорово, ниггер.
Она не сахар, это точно.
Тебе разве не известно, что цветным теперь не
нравится, когда их зовут "ниггерами". Для них это звучит обидно.
- Меня называли и похуже. - Даже не сомневаюсь.
- Слыхал про неё? - А должен?
Она, конечно, не Джон Бут...
Но, быть может, ты слышал, сколько дают за её голову.
- И сколько? - Десять тысяч.
Господь всемогущий, что она натворила? Убила Лилли Лэнгтри?
Не совсем.
Теперь эта десятка практически у меня в кармане.
Вот почему я не горю желанием брать с собой попутчиков,
тем более специалистов, занятых в деле.
Я, конечно, польщён, но могу заверить, что не имею на неё никаких видов.
За одного из моих ребят я получу четыре тысячи,
другой стоит три, а третий - одну.
Этого мне хватит будь здоров.
Что ж...
Дай взглянуть на их бумаги.
Повторю ещё раз - без лишних движений.
Отойди.
Слушайте,
Не хочу прерывать ваш разговор, но за нами следует чёртов ледяной ураган,
надо срочно найти крышу над головой!
Я в курсе!
Закрой свою пасть и придержи своих кляч, пока я думаю.
Хорошо, парень, давай по-твоему.
Но свое оружие оставь рядом с кучером.
Ты же не собираешься пускать внутрь этого черномазого,
да? Наверх, к О.Б., еще куда ни шло, а ...
Слышишь, как звякнуло, сука?
Отличный звук, правда?
Услышу ещё хоть слово из твоей гнилой пасти,
выбью тебе все передние зубы до одного, усекла?
Да.
Теперь, чтобы я услышал: "Я усекла".
Я усекла.
Мне бы пригодилась помощь, надо привязать этих ребят к крыше.
Дай О.Б. пятьдесят баксов, когда доберётесь до Ред Рока, он поможет тебе.
Я согласен с О.Б., эта метель меня беспокоит.
Все вместе мы управимся куда быстрее.
Кровавый ад! Я уже жалею, что согласился!
Я не могу тебе помочь закинуть твоих ребят на крышу, будучи прикованным к ней.
И я останусь прикованным к ней,
и она не отойдёт от меня ни на шаг,
пока я лично не привезу её в тюрьму в Ред Рок, теперь понятно?
- Ладно, я понял. - Вот и хорошо.
Так что случилось с лошадью?
Конь был старый.
Я его слегка доконал.
Когда погода совсем испортилась,
он сделал всё, что смог, но не дотянул до конца.
- Нехорошо получилось. - Да, пожалуй.
Мы со старым Хлыстом наездили много миль туда-сюда.
Можно сказать, он был моим лучшим другом,
если бы я считал тупых тварей друзьями, чего я не делаю.
Как бы то ни было, мне будет его не хватать.
А кто такая Дейзи Домерг?
Гнусная душегубка и сучара, вот кто.
Не похоже, чтобы ты переживал, ведя женщину на виселицу.
Под словом "женщина" ты имеешь в виду её?
Да, я точно не переживаю.
Значит, везёшь её к Ред Рок, чтобы повесить?
- Будь уверен. - Останешься посмотреть?
А то.
Хочу услышать хруст её позвонков своими собственными ушами.
Ты разве не остаёшься посмотреть на повешение?
Мои ребята не попадают на виселицу,
потому что я не беру их живьём.
Совсем?
Совсем-совсем.
Мы об этом говорили тогда, в Чаттануге.
Брать преступников живыми - это верный путь на кладбище.
А у меня глаза закрыты только когда я сплю.
Мне такие сложности ни к чему.
А кто сказал, что работа должна быть легкой?
Но никто не говорил, что должно быть настолько сложно.
Именно поэтому, дорогуша,
его зовут "Палачом".
Если в ордере на арест написано "Живым или мёртвым",
большинство из нас препочтёт всадить пулю в спину,
бросить поперёк седла и привезти. Но когда за тобой идёт Джон Рут Палач,
можешь забыть про пулю в спине.
Когда за тебя берётся Палач, то готовься к виселице.
Ты его перехваливаешь, ниггер.
Пороху ему, конечно, не занимать.
Но по части мозгов,
он из тех, у кого в пустой бочке шума много.
С этих пор, Дэйзи,
мы с тобой будем общаться посредством сигналов.
Если тебе в рыло летит мой локоть, то этот сигнал значит:
Закрой хайло!
Усекла?
Усекла.
Мы с тобой виделись всего один раз.
Не хочу навязывать близкое общение, но...
Оно у тебя?
Что у меня?
Письмо от Линкольна?
Само собой!
Оно с тобой?
Где?
Вот здесь.
Слушай, я понимаю, что ты бережёшь его, как зеницу ока и всё такое.
Ты, наверное, не рад так часто вытаскивать его из конверта.
Но, если ты не возражаешь,
Я бы взглянул на него ещё раз.
Ты прав,
я не очень рад его постоянно вытаскивать из конверта.
- Ясно... - Но...
Раз уж я обязан тебе жизнью,
то можешь прочесть его ещё разок.
"Старушка Мэри Тодд зовёт, стало быть, пора идти ко сну."
Старушка Мэри Тодд.
За душу берёт.
И меня.
Ты хоть понимаешь, что это такое, шкура?
Это письмо от самого Линкольна.
Письмо от Линкольна ему.
Они переписывались друг с другом во время войны.
Они были друзьями по переписке, и это одно из таких писем.
Какого...
Стой!
Мать твою,
чуть руку не оторвало!
Я не за тем тащил
эту падаль в такую гору
чтобы ты сломал ей шею на окраине города.
Кто тебя просил давать ей чёртово письмо?
Я дал его не ей, а тебе!
Этот ниггер, похоже, сломал мне челюсть.
Если письму конец,
этот ниггер будет пиздить тебя до смерти. И пока он будет это делать,
я присяду на колесо, буду смотреть и смеяться до упаду.
Что с ним?
Лучше оно не стало.
Но, кажется, целое.
Вот так ниггеры обращаются со своими дамами?
Ты никакая не дама!
Мистер Рут!
Что?
Там ещё один пешеход, бежит нам навстречу!
А?
Я говорю, там ещё один пешеход, бежит нам навстречу!
Раз уж приближается метель,
кругом полно таких бродяг, не так ли, майор?
Ну, если взять меня за половину от их количества,
то тогда их действительно полно.
Это меняет расклад, паренёк.
Восемь тысяч - это уйма деньжищ для ниггера,
но получить восемнадцать на пару куда как приятнее.
Ты хочешь сказать, что я в сговоре с тем мужиком? Или с ней?
- Надевай. - Я не ношу наручников.
Ты их наденешь, либо я тебя навсегда успокою.
Глава Вторая. Сукин Сын.
Передай оружие кучеру.
Нервишки сдают?
Шутки в сторону, делай, что говорю.
- Как скажешь. - Именно.
Я закончил.
О.Б., они у тебя?
- У меня! - Ладно, приятель,
продолжай держать фонарь в одной руке,
а вторую держи на виду.
Отойди чуть-чуть, чтобы я смог тебя разглядеть как следует.
Будь я проклят.
Это ты, Крис Мэнникс?
- Извини, дружище, мы знакомы? - Не совсем.
- Знаешь его? - Только по слухам.
Дружище,
я нахожусь в не самом удобном положении.
Твое неудобное положение даёт мне удобство в обращении с тобой, и я не намерен его менять.
Кем бы ты ни был, мистер,
ты жестоко обращаешься с отчаявшимся человеком, застрявшим в этих снегах.
Мне проблемы не нужны.
Мне всего лишь нужно сесть в фургон. Я тут околею от холода.
Кто этот клоун?
Слышал что-нибудь про мятежника из южан, Эрскина Мэнникса?
- Марадёры Мэнникса? - Они самые.
Бич Южной Каролины, мародёры Мэнникса.
Перед тобой младший из братьев, Крис.
Как ты здесь оказался, Крис Мэнникс?
Что ж, мистер Голова,
я ехал верхом в Ред Рок, когда моя лошадь наступила сквозь снег в нору суслика,
она наебнула ногу, и мне пришлось от неё избавиться.
У тебя в Ред Рок какие-то дела?
- Да. - Какие?
Я новый шериф этого города.
- Херня. - Вовсе нет.
- Где твоя звезда? - Официально я ещё не назначен,
но стану шерифом, как только доберусь до города, но этого пока не случилось.
Тогда и увидишь.
Есть у тебя хоть что-то в подтверждение своих слов?
Будет, как только окажемся в Ред Рок.
Судя по трём отмороженным уёбкам на крыше,
вы двое охотники за головами.
И, стало быть, везёте троих жмуриков в город, чтобы обналичить их?
Троих жмуриков.
И одну живьём.
- Кого? - Дэйзи Домерг.
Кто, блядь, такая эта Дэйзи Домерг?
Никто для всех, кроме меня и палача.
Палача?
Разрази меня гром!
- Ты же Боб Рут, Палач! - Джон.
А тебя...
У этого ниггера голова...
Майора Маркиза!
Милостивый Боже, это взаправду настоящая голова Маркиза смотрит прямо на меня?
Да, это я и голова тоже моя.
Что тут у вас, пикник для охотников за головами?
Да какая разница, вы же везёте троих мертвецов
в Ред Рок, чтобы получить за них деньги, не так ли?
Именно так.
Что ж,
уполномоченный производить оплату за тела перед вами, новый шериф Ред Рок.
Если собираетесь получить за них деньги, отвезите меня в город.
Я, конечно, извиняюсь, но верится в трудом,
что город выбрал тебя делать что-то, кроме как пойти куда подальше.
Стало быть, мне полагается окочуриться на морозе из-за того, что тебе с трудом во что-то верится?
Думаю, что нет.
Надевай и заходи внутрь.
Нет.
- Тогда точно околеешь. - А ты будешь повешен.
Каким это образом?
Кучер!
Можешь спуститься к нам?
Не могу, надо держать лошадей, но мне хорошо слышно отсюда.
Значит, ты слышал, как я сказал ему, что я новый шериф Ред Рок, правильно?
Именно так.
Ред Рок теперь мой город.
И я должен приехать туда, закованный в наручники для преступников? Нет, сэр!
Этому не бывать, бродяги. Я не поеду в Ред Рок в таком виде.
Когда мы окажемся там, то станет ясно,
что каждое из сказанных мной слов - чистая правда.
И я полагаю, что О.Б.
сможет объяснить жителям Ред Рок, что Джон Рут
позволил их новому шерифу замерзнуть насмерть.
На мне нет ценника, бродяга.
Если из-за тебя я погибну, это сочтут убийством.
Давай сюда руки.
Верни майору его железки.
В чём я точно уверен,
так это в том, что у тебя нет никаких дел с этим сукиным сыном и негроненавистником.
Значит, так.
Я помогу тебе защитить твои восемь штук,
а ты поможешь с моими десятью,
по рукам?
Разве не прелесть? Может, приляжете на снег и поделаете вместе снежных ангелов?
- Вот что, Боб… - Джон!
Как только окажемся в Ред Рок, с меня выпивка и ужин для тебя и майора Маркиза.
- В качестве моей благодарности вам. - Я не пью с
мятежниками из армии южан, и уж точно не собираюсь преломлять с ними хлеб.
Мистер Рут,
кажется, у вас глубокая неприязнь к нашему Делу.
К какому делу, мятежников?
К делу кучки спятивших неудачников? Можешь быть уверен, что да.
Завернулись себе в конфедератский флаг, оправдывая им убийства да грабёж,
В особенности - послушай внимательно, Уоррен - освобождённых негров.
Этот парень мне по нраву.
Кто-то перечитал газет, напечатанных в Вашингтоне.
Как бы то ни было, я всего лишь пытаюсь быть благодарным.
Я было пропал, но вы меня спасли.
Хочешь быть благодарным?
Закрой пасть!
Чёрт возьми, Дэйзи, потерпи.
Это последний.
Он знает, насколько ты был знаменит в свое время?
Не думаю.
Эй, Фингал.
Знаешь о нём?
Знаю ли я о награде в тридцать тысяч
которую конфедераты назначили за голову майора?
Есть такое.
Деревенщины тут же отправились охотиться на ниггера,
но нужной головы так и не принесли, верно?
Нет, не принесли.
И невезение тут не при чём.
Оборванцы бросили свои семьи и дома, и пришли сюда, в заснеженные горы.
В поисках удачи и меня.
Удача не улыбнулась никому.
Те, о ком ты больше не слышал,
встретили меня.
Конечно, не всю войну награда была в тридцать тысяч.
Страсти поутихли, и цена опустилась до восьми, а потом и до пяти.
Но даже за пять тысяч
нашлось немало охотников, так ведь?
Будь уверен.
За какие заслуги тебя так оценили?
Конфедереция сделала для меня исключение в силу моей одарённости в убийстве их солдат.
Когда я сбежал из Уэлленбека,
южане посчитали мое дальнейшее существование своим личным оскорблением.
Так за мою голову объявили награду.
Что за...
Уэлленбек?
Не доводилось слышать про Уэлленбек, лагерь для военнопленных в Западной Вирджинии?
Нет, не доводилось.
Сбежал оттуда?
Майор Уоррен не просто сбежал.
Майору пришла в голову светлая идея. Настолько светлая...
Что диву даёшься, как это никто раньше до неё не додумался.
Расскажи о ней Джону Руту.
Все кругом было сделано из деревяшек.
Так что я спалил место дотла.
В тот день в лагере расквартировали подразделение ректуров.
Сорок семь человек поджарились до хрустящей корочки.
Молодёжь Юга, сыновья фермеров,
- лучшие из лучших... - А я сказал себе, пускай горят.
Мне должно быть стыдно за убийство южан?
Ты пошёл на войну, чтобы ниггеры оставались в цепях.
А я ради того, чтобы убивать белых южан,
и убивать их любым способом.
Стрелять их, резать, топить и сжигать заживо.
Крушить им головы старым добрым камнем.
Всё, что отправляет южных бродяг в могилу,
это то, ради чего я пошёл на войну.
Отвечая на твой вопрос, Джон Рут,
когда Маркиз Уоррен сжёг заживо сорок семь человек,
только ради того, чтобы устроить себе побег,
тогда Юг и назначил награду за его голову.
И я славно побегал тогда, Крис Мэнникс.
Будь уверен, я бежал без оглядки, пока не пересёк линию северян.
Но разве тебя на ждал сюрприз на их стороне?
Когда стали разбирать сожжёные тела в Уэлленбеке,
выяснилось, что не все погибшие были южанами.
Сжёг немножко своих ребят, майор?
Сколько в итоге нашлось сгоревших пленных?
Поправь, если не помню: кажется, мёртвых янки было человек тридцать семь?
На войне, Мэнникс, есть такая вещь:
люди умирают.
Стало быть, всё сводится к тому, что война это ад?
Что и говорить, против этого не поспоришь. Но память подсказывает мне,
что на твоей стороне решили по-другому.
Кажется, там решили, что тридцать семь мертвых белых за одного черножопого
это совсем не сделка века.
Зуб даю, они сказали,
что ты чокнутый кровожадный ниггер, отправившийся на войну только чтобы убивать белых,
без разницы каких - Синих или Серых.
Вот почему тебя вышвырнули из кавалерии,
с жёлтым шарфом за спиной.
Так ведь, майор?
Херня это всё.
Если бы он сотворил такое, его бы приговорили к расстрелу.
Я не говорил, что у них были доказательства.
Но мысли об этом звучали очень громко, верно, майор?
Как бы то ни было,
военное прошлое Уоррена было блестящим, благодаря этому он и спасся.
Настрелял свою долю
краснокожих, а, майор?
Кавалерии такие заслуги не по нраву.
Я тебе скажу, что ещё не по нраву кавалерии.
Мародёры Мэнникса, вот что.
То, что малыш Мэнникс позволяет себе осуждать чьё-то поведение во время войны,
смешит меня до усрачки.
Не смей так говорить о моем отце.
Дело, за которое он сражался
было доблестью в поражении. Он выступил против безоговорочной капитуляции.
Мы не какие-то варвары, прыгающие на городские стены.
Мы - одной с тобой крови.
- Мы заслужили уважение. - Пусть так,
а сколько ниггерских городов ваши ребята пустили по ветру в борьбе за доблесть в поражении?
По праву победителя, цветной майор.
Белый человек только тогда в безопасности, когда у ниггеров поджилки трясутся.
Будешь вести такие речи,
поедешь снаружи с О.Б.
Нет, нет, нет, это не я начал про политику.
Я вообще не собирался.
Как я и говорил, я радуюсь, что жив и здоров.
Посмотрю-ка я лучше в окно.
Подремлю немного в этом чудесном фургоне.
Подумаю о том, как мне повезло.
Глава Третья. Галантерея Минни.
Пошли, пошли!
Какого чёрта здесь происходит,
мы не ждали ещё одного фургона сегодня.
Вижу, вон там уже стоит один.
Я только что увёл лошадей в стойло.
Получилось не совсем так, как хотелось. Мы попали в переплёт с этой бурей,
и, кажется, вы попали тоже. Минни и Миляга Дэйв внутри?
Их нет на месте. Я за главного.
Где Минни и Миляга Дэйв?
Говорит, их нет на месте. Он присматривает за заведением.
Кто ты такой?
Я Боб.
Кем бы ты ни был, помоги О.Б. с лошадьми.
Отведи их, пока метель не ударила.
Я только что уводил лошадей. Теперь надо поторопиться с этими, мне одному не справиться.
Внутри - двое моих лучших людей.
Приступайте к работе, безбилетники.
Пошли, пошли!
- Открывайте! - Поддай дверь ногой!
- Что? - Поддай ногой!
Закрой дверь, там метель на дворе!
- Дверь надо прибить гвозями!
- Держи её закрытой! - У двери лежат гвозди и молоток.
Дверь надо прибить гвоздями! У двери лежат гвозди и молоток.
- Дай молоток. - Вот.
На две доски надо! Одной мало!
- Две доски, две. - Эта хуйня сломана.
Одной доски мало.
Подай вторую.
- Дай гвоздь. - Держи.
Господи.
Эта дверь та ещё стерва.
Что за болван её сломал, тот мексиканец?
Святые небеса,
женщина
в этом ледяном аду. Замёрзшее, несчастное создание.
У Минни сегодня аншлаг, как я вижу.
Когда приехали?
Минут сорок тому назад.
Этот ковбой в углу - твой кучер?
Нет, он тоже пассажир.
Кучер уехал. Сказал, что переждёт бурю
в компании друга.
Повезло, чертяге. Господь Всемогущий, какое говно!
Ради всего святого, скажите мне, что этот мексиканец заварил в кофейнике, свои старые потники?
Пожалуй,все считают так же, только не говорят вслух из вежливости.
- У него с этим проблем нет. - Где здесь свежая вода?
Вон там.
Значит, вы трое держали путь в Ред Рок, когда метель застала вас, так?
Да, мы все были в том фургоне.
Где кофейные зёрна?
Там.
Убери свои грабли.
С нами едет новый шериф города.
Шериф, конечно же.
Если он шериф, тогда я обезьяний дядя.
Ладно.
Тогда ты можешь поделиться бананами со своим черножопым другом в конюшне.
Значит,
с вами едет новый шериф Ред Рок?
Нет, он лжёт,
никакой он не шериф.
Он дезертир из армии южан. Наговорил про себя околесицы, чтобы не сдохнуть на морозе.
Какого хуя ты разеваешь пасть?
Я тебе пропишу сейчас по первое число на глазах у всех, мне поебать.
Вы забыли представиться, сэр.
Я Джон Рут.
- Вы представитель закона? - Я веду её в руки закона.
- Вы охотник за головами? - Так точно, Бастер.
- У вас есть ордер? - Ясное дело, что есть.
Могу я посмотреть на него?
А что?
Вы обязаны предоставлять его по запросу. Откуда мне знать,
что вы не бандит,
похитивший эту женщину без ордера на руках?
Как тебя зовут, Бастер?
Определённо не Бастер.
Мое имя - Освальдо Мобрэй.
- Освальдо? - Именно так.
Ордер при мне, Освальдо.
- Я полагаю, вы Дэйзи Домерг? - Это она.
- Здесь говорится, "Живой или мёртвой"? - Да, говорится.
Везти с собой такую злобную преступницу живьём
должно быть нелегко. Не проще ли везти её
в виде мёртвого тела?
А кто сказал, что работа будет лёгкой?
Почему для вас так важно доставить её к виселице?
Скажем так, мне не по душе оставлять без работы палача. Ему тоже надо чем-то питаться.
Рад это слышать.
Позвольте мне представиться должным образом.
Я Освальдо Мобрэй,
палач этого округа.
- Значит, я привёл к тебе клиента. - Кажется, так.
Доводилось раньше быть запертым под одной крышей со своими клиентами?
Не имел такой чести.
Не разговаривай с моим пленником. Я говорю с ней. Усёк?
Конечно, конечно. Лучше не бывает.
Есть что-нибудь крепче кофе в этой дыре чтобы согреться?
Бар открыт, прошу за мной.
Пошёл, пошёл, чёрт тебя дери, я замёрз!
Я задам корма и воды лошадям. А вы пока идите внутрь, попейте кофе.
Я поставил вариться похлёбку, скоро будет готова.
Значит, так.
Как бы не разыгралась эта метель,
лошадей всё равно придётся кормить, а нам - срать время от времени.
Мы с Крисом наметим дорогу
от конюшни до входа, и от входа до сральника.
Пойдёт?
Добро.
Пошли, Крис.
Я помогу.
Да не надо, иди, погрейся.
Ты собрался работать в конюшне посреди чёртовой метели, я предлагаю свою помощь, а ты отказываешься?
Ты прав, амиго.
Спасибо.
Пошли за мной.
На каждые десять шагов по одной.
- Отсюда и до двери. - Ясно! - Хорошо.
Итак, вас обвиняют в убйистве.
Чтобы я смог провести аналогию, давайте предположим, что этот факт имеет место.
Джон Рут собирается привезти вас в Ред Рок, чтобы провести над вами суд.
И если вас сочтут виновной,
жители Ред Рока приговорят вас к повешению на центральной площади города. Будучи палачом,
я приведу приговор в исполнение.
Если совокупность этих событий произойдёт,
то это будем примером того, что в цивилизованном обществе называют "правосудием".
Но если вдруг,
родственники и дорогие сердцу покойного люди оказались бы сейчас за той дверью,
то, сломав её, они вытащили бы вас наружу
и повесили бы.
Это называется самосуд.
Что в самосуде хорошо,
так это утоление жажды мести.
Плохо в нём то, что оно пытается выдать неправильное за правильное.
Явно не в твоём случае. Для тебя всё едино. Что касется остальных, то, может, так оно и есть.
В конечном итоге, где же разница между тем и другим?
Разница во мне. В палаче.
Для меня всё равно, что вы натворили. Повесив вас,
Я не испытаю никакой радости по этому поводу. В этом моя работа.
Я повешу вас в Ред Рок, поеду в другой город, чтобы повесить кого-нибудь другого.
Тот, кто дёргает рычаг эшафота,
чтобы сломать вашу шею, это бесстрастный человек.
И в этой бесстрастности - сама суть
правосудия. Правосудие, отправляемое без бесстрастности,
всегда находится в опасности не быть правосудием.
Аминь.
Без обид, ковбой, просто обращаю на себя внимание.
Что ж. Тебе удалось.
О чем пишешь, дружище?
- Только о том, что знаю сам. - И что же это такое?
История моей жизни.
- Пишешь историю своей жизни? - Будь уверен.
А я в ней есть?
Пока что только зашёл.
Раз уж ты любишь писать всякие истории, поведай мне
ту, где говорится как ты тут оказался.
- А кто спрашивает? - Я.
Меня зовут Джон Рут. Я везу её в Ред Рок, чтобы повесить.
Я не собирась проводить пару суток под одной крышей с теми,
кого я совсем не знаю.
А я не знаю, кто ты такой.
Кто ты?
- Джо Гэйдж. - Кто?
Это мое имя. Я Джо Гейдж.
Ладно, Джо Гейдж. Зачем ты едешь в Ред Рок?
- А я и не еду в Ред Рок. - А куда?
- В место в девяти милях от него. - А что там?
Там у меня мама.
Мама?
Слушай. Я всего лишь перегоняю скот...
Вернулся из долгой поездки.
На этот раз я не просто протирал свой зад седлом,
я был в доле.
Первый раз за свою жизнь
поднял немного денег.
Собирался приехать домой и провести Рождество с матерью.
Это забавно.
Ты не похож на тех, кто возвращается домой под Рождество.
Ну...
Как сам знаешь, внешность обманчива.
Так как я вправду
из тех, кто приезжает домой на Рождество к маме.
Рождество у мамы в гостях...
Это волшебно.
Этого достаточно...
Джон Рут?
Пока хватит.
Держись подальше от моей пленницы.
Здорово, старпёр.
Генерал.
Вы, сэр,
гиена.
Я не желаю разговаривать с вами.
Меня называли и похуже.
Бывай, генерал.
Извини за беспокойство.
- Надо поддать ногой. - Поддай ногой!
Она просто так не закрывается.
Прибей её гвоздями.
- Молоток и гвозди у двери. - Там молоток с гвоздями возле двери!
- Держи, Крис. - Вот.
Дверь надо прибить!
Надо прибить на две доски. Одной будет мало.
Одной не хватит, дверь откроет ветром.
- Дьявол! - Если не прибить, дверь не закроется!
- Заткнись! - Получилось! Вот сучара!
Милостивый Боже, эта дверь та ещё манда.
Я было думал, что галантерея
это шутка.
Как там кофе?
Могу за него поручится, значит, хорошее.
Спасибо.
Угадай, кто он такой?
Баффало Билл?
Боюсь, что нет.
- Меня зовут Освальдо Мобрэй, я... - Он палач в Ред Рок.
- Серьёзно? - Чистая правда.
Рад с вами познакомиться, мистер...?
- Мобрэй. - Мобрэй, меня зовут Крис Мэнникс,
- я новый шериф в Ред Рок. - Да?
Херня!
- Не обращайте внимания на него. - Херня!
Вон тот мужик, что греется возле плиты, это чертовски хороший кучер, его зовут О.Б.
Из всего, тобой сказанного, это единственные слова правды.
Едете в Ред Рок, чтобы повесить Лэнса Лоусона?
Именно так.
- Есть ордер на исполнение его казни? - Прямо в моей сумке.
- Могу я взглянуть на него? - Разумеется.
Кто такой Лэнс Лоусон?
Заключённый в тюрьме Ред Рок, сидит там уже месяц.
Застрелил мужика, который был до меня шерифом.
Именно так.
Кого она имела в виду,
когда говорила про черножопого приятеля - охотника за головами в конюшне?
Что у него есть черножопый приятель - охотник за головами, и он в конюшне.
Ради того, чтобы сопровождать её одну?
Изначально было по-другому,
но теперь всё именно так.
- Подлить тебе немножко для сугрева? - Давай.
Вас, значит, пятеро?
Похоже, в ближайшие пару дней у Минни в галантерее будет уютно.
Да, будет.
У кого из вас письмо от Линкольна?
Чего-чего от Линкольна?
Письмо от Авраама Линкольна?
Президента Авраама Линкольна?
- Вы не были друзьями по переписке? - С президентом?
Прошу прощения, просто слышал, что у кого-то из вас
с собой письмо от Авраама Линкольна. Я подумал, может это вы.
Не у него.
У чернокожего в конюшне.
У черномазого в конюшне с собой письмо от Авраама Линкольна?
Именно.
У черномазого в конюшне письмо от Авраама Линкольна?
Как тебя зовут, напомни?
- Боб. - Уоррен.
Минни и Миляга Дэйв там?
Они уехали навестить мать Минни, у неё дом на северной стороне склона.
- Да ладно? - Да.
- Значит, их внутри нет? - Да, они гостят у её матери.
- У матери? - Ага.
Я и не знал, что у Минни есть мать.
Она есть у каждого.
Да, пожалуй, что так.
- И тебя оставили за главного? - Да.
Это точно на неё не похоже.
Хочешь сказать, что я вру?
Да нет, не хочу.
- Но всё это звучит необычно. - Что необычно?
Во-первых, Минни никогда не отличалась сентиментальностью.
Ну а во-вторых,
я не могу представить себе, как Миляга Дэйв поднимает свою жирную сраку
со стула чтобы набрать воды из колодца,
пока Минни не приложит раскалённую сковороду к его макушке.
Не говоря уже про поездки на северный склон горы.
Из сказанного тобой многое звучит так, словно я лжец, мой чёрный друг.
Да, это звучит по-всякому, не так ли?
Но я ещё не определился.
Минни до сих пор подаёт еду?
- Похлёбка считается едой? - Да. - Значит, подаём.
Минни до сих пор коптит воздух своим трубочным табаком "Старый Куэйл"?
Минни не курит трубку.
Она делает самокрутки.
Из табака "Рэд Эппл".
Но об этом, мой чёрный друг, ты и сам знаешь.
Конечно знаю, сеньор Боб.
Проверяю, знаешь ли ты сам.
- Подлей мне, О.Б. - Давай.
Чтоб мне располовиниться,
кого я вижу! Передо мной сам генерал Сандерс Санфорд Смитерс?
У тебя зоркий глаз, сынок.
Разрази меня гром и буря,
Это же генерал Сэнди "Плевал-я-на-вас-всех" Смитерс!
Капитан Крис Мэнникс, из Мародёров Мэнникса.
- Сын Эрскина? - Так точно, сэр.
Могу я присесть рядом с вами, сэр?
Янки говорят, что это свободная страна.
Генерал Сэнди Смитерс...
Ох, дела...
Мой папаша говорил о вас.
Слышал я, вы всыпали этим синим мундирам по первое число.
Я и мои ребята отдали свой долг.
А Эрскин и его парни - свой.
Это уж точно.
- Сукины дети янки. - Я не был знаком с твоим отцом.
Но его решение продолжать борьбу я всегда уважал.
Спасибо на добром слове, генерал. Ваши слова были бы для него как маслом по сердцу.
Могу я подать вам кофе?
- Это было бы чудно. - А как насчёт одеяла?
Это будет ещё лучше.
А, чёрт, возьмите моё.
Как вас заснесло в Вайоминг, сэр, если не секрет?
Я здесь из-за сына.
Ваш сын живёт в Ред Рок?
Мой сын, Честер Чарльз Смитерс, погиб в этих местах пару лет назад.
Прошу простить меня, сэр.
Никаких извинений, сынок.
Как я уже сказал, это было пару лет назад.
Это случилось после окончания его службы.
Он приехал в горы Вайоминга,
чтобы найти здесь удачу.
С тех пор о нём ничего не слышно.
Я купил символическое место
для него на кладбище Ред Рок.
Я здесь чтобы выбрать с каменщиком надгробие для его могилы.
А он точно погиб?
Разве нет надежды, что он живёт в лесах, на положении беглеца?
Это тяжко, но есть те, кто может.
Если бы он сделал то, за чем сюда пришёл,
он бы вернулся домой.
Закрывай!
Держи дверь закрытой, пока я прибью доски молотком.
Какой придурок сломал дверь?
Держи, блядь, как следует.
Да.
Надо прибить на две доски.
Ах ты блядь такая!
- Тут полно шляп, Боб. - Что?
Особенно учитывая правила Минни насчёт них.
Если я помню правильно, то это место с железными правилами для всех,
которые Минни пожелала бы сохранить в её отсутствие.
Тебе, по-моему, всё равно, когда речь идёт о шляпах.
Признаюсь.
Мне всё равно, когда речь идёт о шляпах.
Как насчёт забыть про шляпы на сегодня,
а раз уж приближается метель,
то проведём завтрашний день под девизом "Шляпы долой"!
Большая чёрная псина.
Лабрадор.
Я всегда говорил, Дэвис был храбрым человеком.
Но столицу надо было организовать в Монтгомери, а не в Ричмонде.
Да, сэр. Я согласен, что армию Северной Вирджинии следовало...
Я говорю, что армию Южной Вирджинии надлежало бы использовать совсем по-другому.
Заткнись!
Вам знаком этот ниггер, сэр?
Я его не знаю.
Я знаю только то, что он ниггер.
И это всё, что мне нужно знать.
Ну, этот ниггер не из простых...
- Он... - Генерал Санфорд Смитерс?
Битва при Баттон-Руже?
Сообщи ниггеру в форме кавалериста
что под моим руководством была дивизия южан
в той битве.
Майор ниггер, генерал Смитерс желает сообщить вам, что...
Я слышал, что он сказал, деревня. Скажи этому старому хрену, что я тоже был там.
Только на другой стороне.
Это интересно.
Генерал Смитерс, ниггер говорит, что тоже был при Батон-Руже,
- На другой... - Капитан Мэнникс, передайте ниггеру, что
я не признаю черномазых в форме северян.
Вы захватили в плен целое цветное отделение в тот день.
Но ни один из них не добрался до лагеря для военнопленных, верно?
У нас не было ни времени, ни провизии,
ни желания заботиться ни о лошадях северян,
и уж тем более об их ниггерах.
- Мы их пристрелили на месте. - Господа,
Господа.
Я знаю, что американы не склонны
принимать безоговорочную капитуляцию в традициях старой доброй войны.
Но я уверен, что не стоит воспроизводить битву при Батон-Руж
во время метели в галантерейной лавке Минни.
Что ж, мой нубийский друг,
я понимаю, что страсти накалены, но это случилось давно.
И если ты собираешься пристрелить невооружённого старика,
я отправлю тебя на виселицу
как только мы доберёмся до Ред Рок.
Можешь не сомневаться в этом.
Видишь, Уоррен, в этом вся проблема в общении со стариками.
Можно дать им пенделя, спустив с лестницы,
и сказать всем, что это случайность, а вот пристрелить -никак.
Раз уж мы, господа, можем оказаться заперты здесь,
друг с другом на пару дней,
могу я предложить удобное решение?
Давайте разделим лавку Минни пополам.
Северная сторона и Южная.
А обеденный стол будет
нейтральной полосой.
Пусть, например, камин
будет представлять, например...
Джорджию.
Тогда как бар пусть будет...
Филадельфией!
Покуда барная стойка будет Филадельфией, я согласен на что угодно.
Договор, о котором мы говорили в фургоне, всё ещё в силе?
Я помогаю тебе защитить твои восемь штук, а ты - мои десять?
Один из них - не тот, за кого себя выдаёт.
Кто он?
Он в сговоре с ней, вот кто он.
Один из них, может, даже двое, приехали спасти Дэйзи.
Чтобы добиться своей цели, они перебьют всех в этой комнате до последнего.
У них есть пара дней. Всё, что им нужно,
это сидеть на месте ровно и ждать малейшей возможности.
И тогда они вдарят по остальным, верно,
сучара?
Как скажешь, Джон.
Ты уверен, что у тебя не паранойя?
Надёжнее всего полагаться на то,
что у двуличного парня кишка тонка сохранять выдержку так же хорошо, как Дэйзи.
У него не хватит терпения сидеть и ждать момента.
Ждать возможности, зная, что вот она самая, не так-то легко.
Если у него не хватит терпения, ожидание прекратится.
Он попробует воспользоваться ею. И тогда-то мистер Торопыга откроет истинное лицо.
Что скажешь по поводу всего?
А что тут скажешь? Что касается бредней, который несёт Джон Рут...
Так он прав, от начала до конца.
Я и один из этих парней в сговоре.
Мы только и ждём, пока все заснут.
Чтобы убить всех до единого.
Так, слушайте все сюда!
Это - Дэйзи Домерг.
Разыскивается живой или мёртвой по обвинению в убийстве.
Награда за неё десять тысяч.
И это мои деньги.
Делиться я не собираюсь.
Терять - тоже.
Как только настанет утро, я отвезу эту женщину в Ред Рок на виселицу.
А теперь...
Кто-либо здесь
имеет что-нибудь против моего намерения
сделать это?
Серьёзно?
Никто не против?
Стало быть, мне повезло.
Тем не менее, все должны понимать,
я не могу так просто взять и поверить на слово.
Обстоятельства вынуждают меня принять...
меры предосторожности.
Когда ты говоришь про меры предосторожности,
почему у меня возникает такое чувство, что ты имеешь в виду меня?
- Потому что я собираюсь забрать твое оружие, сынок. - Да ну? - Да, собираюсь.
- Ничего личного. - Только у меня?
Или у Палача тоже?
Я разберусь с его оружием, когда покончу с твоим.
Без него я чувствую себя словно голым.
Можешь положиться на мой.
Я обеспечу тебе защиту.
У подонков работы по горло, а, Джон Рут?
Верно говоришь, Джо Гейдж.
- Давай сюда ствол. - Он тебе нужен?
Придётся тебе его забрать.
Успокойся.
Убери руку с оружия.
Моргни, если ты спокоен.
- Он моргнул? - Моргнул.
Моргни ещё раз, если останешься спокойным.
- Моргнул. - забери у него револьвер.
Я сам этому не рад, сынок. Повторюсь, всего лишь меры предосторожности, ничего личного.
Застал врасплох.
Боюсь, то же самое относится и к тебе, мистер...
Мобрэй.
Меры предосторожности всегда оправданы, так как жизнь - бесценная штука.
Подай мне вон то ведро.
О.Б.?
Сходи до нужника.
Возьми с собой ведро и выкинь все револьверы в сральник.
А почему я?
А ты уже накинул куртку. И тебя можно доверять.
После вас, майор.
Я сниму кандалы на время ужина.
Не вздумай творить херню, иначе пожалеешь.
Сдвинешься с этого стула хоть на дюйм,
я тебе пулю вгоню прямо в глотку.
Я полагаю, для тебя, Домерг,
эта метель - неожиданный подарок судьбы.
- Разве я жаловалась? - Определённо нет.
А что насчёт тебя, Освальдо?
А что насчёт меня?
Ну, знаешь,
учитывая всё, что я делал ради денег, я не собираюсь тебя осуждать.
Но разве тебя не мучает хотя бы толика совести при мысли о том, что тебе придётся повесить женщину?
До тех пор, пока не изобретут спусковой крючок, на который не сможет нажать женщина,
то придется их вешать, раз уж ты палач.
Будь я проклят, Оззи, мне ещё не доводилось смотреть на вещи под таким углом.
Что касается злобных мразей,
то в этом и заключается смысл работы.
Всё, что тебе нужно делать - вешать их. Но чтобы было кого вешать, на свете должны быть злобные мрази.
Будь ты проклят, сукин сын!
Я едва на окочурился там!
Чтоб я ещё раз туда пошёл!
Всё в порядке, О.Б.?
Я в порядке.
Нужно согреться.
Принести тебе похлёбки, О.Б.?
Похлёбку потом.
Как скажешь.
Как дела у чёрного майора?
Я не в настроении разговаривать, Крис Мэнникс, избавь меня от своей херни.
Джон Рут сказал, что у тебя есть письмо от Линкольна?
Ещё раз говорю тебе, иди мудозвонь где-нибудь в другом месте.
Точно, Джон.
- Это же ты сказал, да? - Да, я сказал.
- Значит, у тебя с собой письмо от Линкольна? - Да.
От самого Авраама Линкольна?
От Авраама Линкольна, президента Соединённых Штатов?
- Да. - Америки? - Да.
- Он лично написал его для тебя? - Да.
- Лично? В смысле, как "Дорогой майор Уоррен..."? - Нет. Лично как "Дорогой Маркиз...".
"Дорогой Маркиз", Авраам Линкольн, президент Соединённых Штатов Америки?
Да.
- Можно взглянуть на него? - Конечно же нет.
Судя по словам Джона Рута, ты
не просто был выбран среди кучи ниггерских писем.
Джон говорит,
- будто у вас была переписка. - Да.
Судя по его словам, вы были друзьями по переписке?
Именно.
А друг по переписке...
Это практически и есть друг.
Скажи мне, Джон Рут,
ты всерьёз считаешь, что ниггер, которого турнули из кавалерии
с жёлтым шарфом на спине,
был другом президенту Соединённых Штатов Америки?
Джон Рут, мне жаль открывать тебе глаза на правду, но никто в галантерее Минни
никогда не получал писем от Авраама Линкольна.
И уж тем более не этот ниггер.
Это херня?
Само собой.
Стало быть, про вас говорят правду.
Ни одному ёбаному слову нельзя верить.
В чем дело, Джон Рут?
Я задел твои чувства?
Задел, если хочешь знать.
Я знаю,
что я единственный чернокожий говнюк, которого ты встретил, так что сделаю тебе скидку.
Но ты не представляешь, каково быть чёрным в Америке, которого боятся.
Чёрные могу спать спокойно лишь тогда,
когда у белых нет оружия в руках.
А у этого письма прекрасная способность разоружать белый народ.
Называй как хочешь,
по мне это гнусная ёбаная фальшивка.
Знаешь, для чего я соврал об этом, белый человек?
Письмо привело меня в фургон, как бы то ни было.
Скажу тебе, Джон, как перед Господом,
для меня письмо Линкольна так много бы не значило.
- Пусть бы его шлюха обоссала. - Я на него плюнула.
Отличная работа, сестра.
Уоррен, черт тебя дери, оставь старого человека в покое!
Отвали, сукин сын, я делил с ним поле боя.
Или вы сомневаетесь в этом?
Думаю, ты там был.
Могу я присоединиться?
Можешь, садись.
Как идёт жизнь после войны?
Обе ноги при мне.
Обе руки тоже.
- Жаловаться не на что. - Женщина есть?
Лихорадка забрала её прошлой зимой.
Как её звали?
- Бетси. - Из Джорджии?
Из Аугусты.
Парень из Атланты, девушка из Аугусты.
Я разводил кентуккийских лошадей.
Её папаша был владельцем фабрики, откуда я брал их.
Сделка удалась на славу.
Принял его предложение, купил ей букет орхидей персикового цвета.
Нашёл себе место под солнцем.
Устроился получше моих бестолковых братьев, это уж точно.
Ваш сын здесь бывал в этих краях пару лет тому назад.
Он тоже высоко отзывался о своей маме.
Ты знаком с моим сыном?
Да.
Я был знаком с ним.
Нет, ты не знаком с ним.
Как будет угодно.
Ты знал его?
Я знаю день, когда его не стало - а вы? - Нет.
Хотите узнать, когда это случилось?
В тот день, когда он встретил меня.
Он появился в этих краях поохотиться чуток на ниггера,
к тому времени награда за меня составляла пять тысяч плюс повод для хвастовства.
Но тогда, для южан, пять тысяч за отрезанную голову ниггера,
были хорошими деньгами.
И тогда Джонни и его ребята полезли на гору, в поисках удачи.
Но её там не оказалось.
Вместо этого они нашли меня.
И тогда каждый из них затянул совсем другую песню,
когда они вдруг поняли, находятся на мушке ниггерского револьвера и его милосердия.
"Давай обо всём забудем, мы пойдём своей дорогой, а ты - своей".
- Вот как заговорил тогда твой Честер. - Ты проклятый лжец.
"Если ты отпустишь меня домой, к семье,
клянусь, ноги моей не будет в Вайоминге."
Так они и говорили.
Выпрашивая свои жизни.
Ваш мальчик поведал мне всю свою биографию.
И в ней были вы, генерал.
И когда я понял,что передо мной сын
Проклятого Убийцы Ниггеров при Баттон-Руж...
- Я понял, что сейчас повеселюсь на славу. - Прекрати сейчас же свои ниггерские враки!
Генерал Смитерс, не слушайте его, он не был знаком с вашим сыном!
Он всего лишь подслушал наш разговор!
В тот день, когда я убил твоего сына, было холодно.
Не так, как обычно бывает холодно в горах Вайоминга. Нет, ещё холоднее.
И в этот холодный день,
держа твоего сына на мушке,
я заставил его раздеться.
Раздел догола.
И заставил идти.
Я вёл его по голышом по снегу около двух часов кряду, пока он не упал от холода.
- Ты же не знал моего сына? - Конечно же нет!
Это подлая ниггерская уловка, чтобы вы схватились за оружие!
И он начал снова умолять меня.
Но на этот раз он не просил отпустить его домой.
Он знал, что дома ему не видать. Он не просил сохранить ему жизнь.
Так как знал, что долго не протянет.
Всё, о чем он просил - это об одеяле.
А сейчас я попрошу вас, генерал, не судить своего сына слишком строго.
Вам никогда не было так холодно, как ему в тот день.
Вы будете удивлены, когда узнаете, на что готов пойти замерзающий человек ради одеяла.
Хотите узнать, что сделал ваш сын?
Я вытащил свой чёрный, здоровенный хер из штанин.
И заставил ползти к нему на четвереньках.
Затем схватил полную пригоршню его чёрных волос на затылке...
И воткнул свой большой чёрный хер ему прямо в глотку.
В которой было тепло, потому что там было полно крови.
Будьте уверены, генерал, там было тепло.
И тогда Честер Чарльз Смитерс
стал сосать тёплый чёрный член так долго, как мог.
Начали видеть картинки, да?
Ваш сын...
член негра у него во рту.
Он, трясущийся, плачущий,
а я смеюсь.
И он ещё не понимает ничего,
но зато ты уже догадался, Сэнди.
Я так и не дал ему одеяла.
После всего, что он сделал - а сделал он всё, о чем я его просил,
никакого одеяла.
Это одеяло было уловкой подлеца.
Вроде той униформы, которую синие выдали своим чернокожим солдатам.
Которую ты не счёл достойной внимания.
Что ты теперь собираешься делать, старик?
Провести два или три дня под одной крышей
с ниггером, который убил твоего сына,
игонорируя то, как я заставил его страдать...
То, как я заставил его
сосать мой член целиком и полностью?
Худшее из всего, что этот парень мог для себя сделать,
это сказать, что он твой сын.
Глава четыре. У Домерг есть секрет.
Прошло пятнадцать минут с того момента, как мы оставили персонажей.
Джо Гейдж вызвался вынести тело Смитерса наружу.
Все тянули жребий, и короткая соломинка досталась...
О.Б.
Крис, Джон Рут и Освальдо
начали бурную дискуссию на тему оправданности самозащиты, свидетелями которой они оказались.
Майор Уоррен, будучи уверенным в её оправданности,
оставил их без внимания,
сел за отдельный стол и стал пить брэнди.
Капитан Крис Мэнникс взял себе пальто мёртвого генерала и
присоединился к Освальдо, который зажигал свечи и фонари.
Оззи, отличная мысль!
Давай добавим немного света этому месту.
Джон Рут держал дверь закрытой, ожидая возвращения Джо Гэйджа и О.Б.
Боб наслаждался табаком "Рэд Эппл".
А Домерг, тем временем,
не сдвинулась со своего места за обеденным столом с того момента, как Джон Рут снял с неё кандалы.
Джон Рут...
Да?
Можно мне сыграть на той гитаре?
Давайте вернёмся назад на чуть-чуть.
Ваш сын, член негра у него во рту...
Пятнадцать минут тому назад майор Уоррент пристрелил генерала Смитерса на глазах у всех.
Но за сорок секунд до этого
произошло нечто столь же важное, что увидел не каждый.
Пока майор Уоррен угождал вниманию честной публики
рассказами о чёрных членах и белых ртах...
некто подсыпал яд в кофейник.
...А сделал он всё, о чем я его просил - никакого одеяла.
И единственной, кто заметил это
была Дэйзи.
Вот почему эта глава называется...
У Домерг есть секрет.
Джон Рут.
Да?
Можно мне сыграть на той гитаре?
Да.
Возьмёшь в руки что-нибудь кроме гитары,
я сыграю тебе мелодию на револьвере.
Похоронный марш по Дэйзи Домерг, поняла?
Да, да, да, я поняла.
Ты напевала её, когда мы ехали в фургоне, да?
Да.
Симпатичная.
- А если с другом темпом? - Тоже могу.
Давай, спой её нам.
Дай сюда гитару.
Музыкальная пауза окончена.
Повернись!
- Нет, нет, нет, нет, нет! - Да, да, да, да, закрой свою пасть!
Когда окажешься в аду, Джон Рут,
скажи, что тебя прислала Дейзи.
Мэнникс, не пей!
Господи!
Дай, блядь, сюда ствол!
Не играй со мной, сучара.
А ну все поднялись и подошли вон к той стене.
Твою мать...
Иди к стене, либо не иди, Джо Гэйдж, решать тебе.
- Я пойду. - Ну так иди.
Ты тоже, сеньор Боб.
Всем развернуться спиной и положить руки на стену.
Снимите снегоступы и положите их на пол.
Всем держать рот на замке и делать, что я говорю.
Кто откроет свою пасть, получит пулю.
Кто двинется чуть резко или чуть странно, тоже получит пулю.
Никаких вопросов, никаких предупреждений: только пуля.
Всем ясно?
- Я хочу услышать: "Мне ясно". - "Мне ясно".
Мы поняли.
Крис Мэнникс, подойди ко мне.
Давай.
Возьми револьвер из моей кобуры.
Направь на них.
Повторюсь: кто дёрнется - сразу стреляй, не раздумывая.
Так, значит,
ты теперь веришь, что я говорил правду насчёт шерифа в Ред Рок?
В этом я не уверен.
Но ты точно не тот, кто отравил кофе.
Потому что сам едва его не попробовал.
А кто-то из них - убийца.
Дай сюда ключ.
Ключ!
Пидорас черножопый!
Ты подохнешь на этой горе, и я, блядь, посмеюсь на твоих похоронах!
Что я говорил по поводу разговоров?
Разве я не говорил?
Пора тебе уяснить, что ты убила единственного человека,
который собирался привезти тебя в Ред Рок живьём.
А теперь вот что. Один из вас работает в паре с ней.
А может, и двое.
А может, и все вместе.
Но отравил кофе только один из вас.
Не знаю, какими чарами обладает эта сука, чтобы заставить мужика пройти через метель,
убивать без зазрения совести.
Допустим, Джон Рут хотел повесить твою женщину,
вот ты и убил его. Пусть так.
Но ведь О.Б. никого не вешал.
Даже не собирался.
Но вот он валяется на полу, мертвее мёртвого, не так ли?
Это всё вы, сукины дети.
И лежать так всякому, кто испил бы того кофе.
Мне, например.
Тем из вас у стены, кто не практиковался в искусстве отравления,
стоит задуматься.
Каково бы ему было сейчас кататься по полу
и о том, что твой сосед по стене мог быть виноват в этом.
Зуб даю, что знаю, кто это сделал. Да, я на тебя смотрю, Джо Гэйдж.
Не торопись, Крис. Успеется.
Давай придержим коней.
Давай слегка придержим.
Кто готовил кофе?
Он готовил.
Разве не он готовил?
Похлёбка заставила меня задуматься.
Как давно Минни уехала?
С неделю?
Да.
Видите ли, моя мама тоже готовила похлёбку.
И получалось всегда похоже, вне зависимости от мяса.
На плантации был один мужик, его звали Дядюшка Чарли.
Он тоже готовил похлёбку, и его похлёбку я ел,
как и мамину, с тех пор как был сопляком
и пока не стал взрослым мужчиной.
И, вне зависимости от мяса в ней, это всегда была похлёбка Дядюшки Чарли.
Последние полгода мне не доводилось отведать похлёбки от Минни, так что я в этом вопросе не эксперт,
но одно могу сказать точно - это её готовка.
Если Минни гостит у мамы уже с неделю,
как тогда ей удалось приготовить похлёбку сегодня утром?
А это?
Это у нас кресло Миляги Дэйва.
Когда я сел в него, то поверить себе не мог.
В кресле Дэйва никто не сидит, кроме него.
Пускай это место принадлежит Минни, но кресло
это собственность Дэйва.
И если уж он отправился на северный склон горы...
Будь я проклят, если бы он не взял его с собой.
Что там?
То, что я и предполагал.
Кровь Миляги Дэйва.
Значит,
я обвиняюсь в убийстве?
Как мне кажется, сеньор Боб,
любой её сообщник
не тот, кем он прикидывается. И если сообщник ты,
то выходит, что Минни и её муж не гостят ни у какой мамы,
а валяются где-то рядом мёртвые.
А если это ты, британец,
то настоящий Освальдо Мобрэй валяется сейчас где-нибудь в канаве.
Тогда ты просто англичанин, присвоивший себе его документы.
Если прислушаться к моей догадке, которая говорит, что виноват самый уродливый из них,
то это твоих рук дело, Джо Гэйдж.
Ты хочешь сказать, что в кофе подбросили яд
пока ты был занят убийством старика?
Да.
Но в это время, мой чёрный друг,
я был в другой стороне комнаты, у пианино и играл "Тихую ночь".
Я не говорил, что это ты отравил кофе. Я сказал, что не ты готовил похлёбку.
Я полагаю, что
ты в одной команде с тем, кто подсыпал яд в кофейник.
И вы оба убили Минни,
Милягу Дэйва и всякого, кому не посчастливилось
оказаться в галантерее этим утром.
А потом стали ждать момента, чтобы застать Джона Рута врасплох и освободить Дэйзи.
Но бурю в расчёт никто не принял, как и нас обоих.
Пока что всё. Что скажешь?
А ты тот ещё фантазёр, ниггер.
Значит, ты собрался меня убить, основываясь на притянутых за уши ниггерских догадках?
Или пропробуешь их доказать, козёл?
Не такие уж и притянутые, сеньор Боб.
Есть ещё кое-что, кроме моих догадок.
Как долго ты работаешь у Минни, напомни?
Четыре месяца.
Если бы ты оказался здесь два с половиной года тому назад,
то познакомился бы с табличкой над барной стойкой.
- Минни про неё говорила? - Нет.
Знаешь, что там было написано, Боб?
"Собакам и мексиканцам вход запрещён".
Минни вывесила эту табличку с тех пор, как открыла галантерею.
Она висела над баром каждый день,
пока Минни не сняла её, примерно два года тому назад.
А знаешь, для чего?
Она стала впускать собак внутрь.
Минни по нраву практически всё, кроме мексиканцев, конечно.
И когда ты говоришь мне, что она уехала навестить маму, которая живёт на северном склоне горы...
то пускай, хоть это и необычно для неё.
Но то, что Минни доверила галантерею,
самую дорогую её сердцу вещь на всём белом свете,
какому-то Богом проклятому мексиканцу?
Вот что я имел в виду, когда сказал там, в стойле, что всё это звучит необычно.
Теперь я утверждаю, что ты мне врёшь, сеньор Боб.
А раз ты действительно мне врёшь,
значит, ты убил Минни и Милягу Дэйва.
Четыре пульки для сеньора Боба.
До сих пор остаётся неясным,
кто тогда отравил кофе.
- Так ведь, Крис? - Ещё как неясно.
Значит, кто-то из вас насыпал яду в кофейник, чтобы Дэйзи смогла сбежать.
Если один из вас, пидоров,
прямо сейчас не признается быстро и решительо,
я залью весь кофейник прямо в глотку этой шалаве.
Всё, время вышло.
Постой! Ладно, это я отравил кофе.
Так я и знал, ёб твою мать!
Сейчас отправишься на тот свет, душегуб ублюдочный.
Майор Уоррен, прошу разрешить мне отправить эту уродливую суку прямо в ад!
Ты убил О.Б., он стоит десятерых таких как ты! Уоррен, можно я его убью?
Скажи "прощай" своим шарам.
Майор Уоррен?
Я безоружен, шериф.
Глава Пятая. Четверо Пассажиров.
Чуть раньше этим же утром.
- Чарли, дружок, как поживаешь, чёрт тебя дери? - Здрасьте, Эд, здрасьте, Джуди.
- Скольких привезли? - Нынче битком набито, дружище.
Здесь один постоялец хочет уехать.
Придётся ему подождать ещё, потому что места в фургоне нет.
Придётся тебе самому это сказать Минни. Он тут
уже два дня, и Минни хочет, чтобы он уехал.
Я всё равно не могу дать ему место, которого нет.
Проведи пассажиров внутрь, представь их Минни,
- Согрейся и выпей кофейку. - Хорошо.
Вот мы и на месте, у галантереи Минни.
Выходите наружу, разомните ноги.
Как закончите, заходите внутрь,
погреетесь у огня, попьёте горячего кофейку. Я познакомлю вас с хозяйкой.
Я не собираюсь давать тебе советы, как вести хозяйство,
Но кофе должно всегда идти в первую очередь.
- Проходите, не стесняйтесь! - Шляпы!
Перед вами Минни, хозяйка заведения.
За моей спиной сидит и ощипывает курицу Джемма.
Не улыбка, а жемчуг у нашей Джеммы.
Мужика в форме я не знаю,
а в шахматы с ним играет Миляга Дэйв.
- Здравствуй, Дэйв! - И тебе привет, Джуди.
А это наши пассажиры.
Этого недостаточно.
Пускай снимут свои обмотки, чтобы было видно лица и слышно имена.
Освальдо Мобрэй, мадам.
Джо Гейдж.
Боб.
А я Джоди.
Так приятно обрести
столь уютное и тёплое укрытие посреди морозного ада.
Будьте как дома. Устраивайтесь у огня поудобнее.
Не против, если мы устроимся возле печки?
У печки, у камина, где будет угодно. Грейтесь на здоровье.
Джоди как-то сказала про лучшее на свете кофе.
Да, припоминаю, она говорила про лучшее на свете кофе.
Про это я, допустим, не слыхала, но одно вам могу сказать точно.
Оно горячее, крепкое и хорошее.
В этих снегах нет средства лучше, чтобы не отморозить себе задницу.
Минни, его нужно приготовить, а не продать.
А ты быстрей-ка вали отсюда,
помоги Чарли с поклажей и пришли сюда Эда.
- Хорошо, мэм. Разберись с кофе. - Я сейчас с тобой разберусь!
Да кто его знает, какой-то старик.
Не знаю, что мне с ним делать.
Я передаю то, что мне Минни сказала.
Как бы то ни было, я здесь, чтобы помочь Чарли, а она хочет с тобой поговорить.
Мисс Минни? Вас не затруднит скрутить для меня сигаретку?
Конечно, родной. Я курю "Рэд Эппл", пойдёт?
Это мой любимый.
Не обращайте на меня внимание, джентльмены. Я только посмотреть.
Играете?
Меня пытались научить этой чёртовой игре
как минимум человек двенадцать. Не получается у меня держать все ходы в голове.
Если я не мешаю, можно остаться посмотреть?
Почему бы и нет, чёрт возьми. Мне нравится задавать ему перца публично.
Нихера ты не задаёшь.
Merci beaucoup Mademoiselle, Minnie.
- Как мило, что это такое? - Это французский.
- Вы говорите по-французски? - Oui.
- Oui - как переводится? - Это означает "да".
Oui - Да.
- Эй, Дэйв! Спроси, толстая у меня жопа, или нет? - Что?
- Спроси, толстая у меня жопа, или нет? - Толстая, толстая.
- Я говорю, спроси! - Чего ради?
- Спроси, и всё! - Толстая у тебя жопа?
Oui, слушайте всё, я знаю французский.
Это у вас я могу купить конфет?
Сколько мятных палочек можно взять на пять центов?
Пять.
Хорошо.
- Возьмите. - Благодарю, милый.
Позвольте помочь вам, мадам.
Я принесла с собой вашу поклажу,
если кто-то вдруг захочет переодеться перед тем, как мы приедем в Ред Рок.
Мятную палочку?
Спасибо.
За что тебя прозвали Джоди Шесть Лошадей?
А многих Джоди ты знаешь, кто умеет управлять повозкой с шестью лошадьми?
Чёрт, не самый умный вопрос.
- Не затруднит подержать? - Держу железной хваткой, мадам. Железной.
У тебя очаровательный акцент. Откуда ты, из Англии?
- Возражаю! - Из Новой Зеландии.
- Будьте осторожны, мадам. - Это неподалёку от Старой?
Окленд. Какой, нахуй, Окленд?
Там, откуда я родом, это крупнейший наш город.
- Кофе готово! - Слава Богу!
- Лучшее кофе в этих горах. - Уж этого я не знаю точно.
Кучеры им довольны. Пассажиры - так себе.
Кто-то считает его слишком крепким.
В таких горах слишком крепким кофе не бывает, мадам.
Ну и каково?
Он вписывается в пространство. Что-то в нём есть.
Как считаешь, Пит?
Надо признать, место засады выглядит убедительнее с ним .
Значит, собираём тела и скидываем в колодец?
Потом надо распрячь лошадей, отвести в стойло им задать им корма.
Погоди, увести лошадей - это плёвое дело.
А тащить на себе этих жирных уёбков туда и обратно - просто засада, мужик.
Я здесь недавно работаю.
Чего бы там не натворила Минни,
я ни в чём не замешан.
Значит так, дед,
если бы ты был котом, то всё произошедшее
это всё равно что одна из девяти твоих жизней.
Ты осознаёшь, что был на волосок от того, чтобы оказаться поверх кучи мёртвых ниггеров?
- Да. И что касается этой ниггерской кучи, которую мы соорудили,
я не вижу никаких причин для тебя не стать её генералом. Смекаешь?
- Полагаю, что никаких. - Не торопись, старый.
Для тебя есть возможность выйти сухим из воды.
Чуть позже
сюда приедет один подлый сукин сын.
С ним приедет моя сестра,
она будет закована в кандалы.
Он везёт её в Ред Рок, чтобы повесить.
- Знаешь, для чего? - Нет.
Чтобы получить десять тысяч долларов.
Вот зачем.
Когда он приедет,
я убью его и освобожу сестру.
У тебя есть хоть одна причина препятствовать
мне в этом намерении?
- Нет. - Ни одной?
- Ни одной. - Ты точно уверен?
Мы тут только что убили Минни и Милягу Дэйва вместе с ней.
Вы с Дэйвом выглядели как два товарища.
Я с ними едва знаком. Плевал я на них, как плевал на тебя, на твою сестру,
и на любого говнюка в Вайоминге.
Правильный ответ, старик.
Когда они зайдут сюда,
крепко прижми свою задницу к стулу. Не вздумай ничего делать.
Говорить тоже. Только "привет", "спасибо", "спокойной ночи", и всё в таком духе.
Можешь представиться по имени, остальное не надо.
Привет, спасибо, доброй ночи...
- Можешь представиться. - Можно представиться.
Веди себя как старик, можешь заснуть.
И ни слова, ни единого словечка
охотнику за головами, который сопровождает мою сестру.
- Ясно? - Ясно.
Когда представится возможность, я его убью, освобожу сестру и отпущу тебя на все четыре стороны.
По рукам?
По рукам, спасибо.
Следующие четыре часа Джоди и его команда скидывали трупы в колодец.
Уводили лошадей в стойло.
Прибирались за собой в галантерее.
Готовили тайники с оружием.
И приготовились к приезду Джона Рута и Дэйзи.
Едут!
По местам, парни.
Будьте начеку.
Зарубите на носу: неважно, как много их будет, четверо или сорок,
Дэйзи будет прикована к Джону Руту,
с его револьвером у живота.
Прикончить этого парня раньше, чем он он её, будет нелегко.
Но другого нам не остаётся.
Ставка в этой игре - терпение.
Застряв здесь на пару дней, рано или поздно он уснёт.
И тогда придёт время прострелить ему голову.
запомни, дед: если моя сестра не выйдет отсюда живой, пиши пропало.
Я постараюсь.
Удачи, дружище.
Глава Последняя. Чёрный человек, Белая Преисподняя.
Как ты, старик?
Яйца отстрелили начисто, жжёт как адово пламя
и морозит одновременно, кровь хлещет, как из борова.
Я, наверное, помру.
Всё из-за этих пидорасов.
Вот как я. А у тебя что?
Нога болит, сука такая.
Но если ставить вес на правую...
Это сарказм, придурок. Поебать мне на твою ногу.
Устраивайся поудобнее.
За это не переживай. Блядь! Жопа отнимается.
Подумай лучше об этих ухарях и про мошоночного стрелка в подвале.
Итак!
Эй, ты!
Мужик в подвале!
Насчёт три выходишь с поднятыми руками
или я прострелю Домерг голову.
Один...Два...
Нет, нет, не надо! Не стреляй! Я выхожу.
Притормози, стрелок мошоночный,
открой подвал, а когда выходить, мы скажем.
Бросай револьвер!
Брось к кровати.
У него второй есть.
Давай сюда второй.
Его нету!
Тогда лучше тебе его высрать.
Если этого не произойдёт прямо сейчас, суке придёт конец.
Я же говорил тебе.
А теперь...
С высоко поднятыми руками,
медленно поднимайся наружу!
Как дела, дурашка?
Куда лучше, когда вижу твою гнусную рожу.
Как тебе это, стрелок хуев?
Какого чёрта, он хотел сдаться!
Долго думал, у меня терпение не железное.
Джо Гейдж, тащи сюда свою сраку и закрой подвал.
Прости, милая.
Можно присяду?
Садись.
Руки держи на столе.
И не вздумай двигать ими.
Мэнникс!
Невовремя ты стал лучшим другом черномазого.
Ты что, не видишь, как Джон Рут и ниггер заманили тебя прямиком в смертельную ловушку?
Ты вот-вот подохнешь в ниггерском стойле Минни
и даже не понимаешь чего ради!
Ладно, сучара.
Давай послушаем тебя. Что там у тебя?
Я заодно с каждым из них.
Но не оттого, что они в меня влюблены.
Мы все из одной банды, банды Джоди Домерга!
Тот, кого вы только что убили, был моим братом, Джоди.
Что за хер этот Джоди Домерг?
Скажешь ему, охотник за головами?
Он большой и страшный котяра. Его голова стоит пятьдесят тысяч.
Каждый из его подручных стоит не меньше десятки.
Так вот почему за тебя дают десять.
Когда взойдёт солнце, вот что будет дальше, ниггер:
за нами приедут пятнадцать человек из банды моего брата.
Так ведь, Смурной?
Пятнадцать человек ждут сейчас в Ред Рок,
на тот случай, если нам удастся убить Джона Рута и освободить Дэйзи.
Им велено разграбить город, убить Рута и забрать Дэйзи с собой.
Раз Джоди мёртв, то теперь я во главе, верно?
Да.
Крис, подумай как следует. Для тебя пока есть дорога назад.
- Давай договоримся? - Никаких сделок, сука!
Дашь ниггеру говорить за себя, Крис?
Погоди, Уоррен .
Смотреть, как она хватается за последнюю соломинку,
довольно забавно.
Ладно, сучара.
Что предложишь?
Всё просто.
Пристрели ниггера.
Потом переждём здесь тихо и мирно ближайшие пару дней.
А когда снег сойдёт...
Мы уедем в Мексику, а ты - прямиком в Ред Рок за своей шерифской звездой.
Можно дать ему с собой Марко.
Боба по-настоящему звали Мексиканец Марко.
за него дают двенадцать тысяч.
- Это Мексиканец Марко? - Во всей красе.
Говно всё это! Марко теперь не стоит и одного песо, с тех пор как я снёс ему башку начисто.
Если я умру в ближашие пару дней, что вполне вероятно, можешь взять меня.
Я известен под именем Англичанин Пита Хикокса, и власти округа
оценили мою скромную персону в пятнадцать тысяч долларов
- Всё твоё, Крис. - Продолжай, Пит.
Заговоришь себя до смерти.
Джо Гэйдж, а ты кто такой?
- Смурной Дуглас. - Слышал про него?
Слышал про Дугласа. Он стоит десятку, как Дэйзи.
Ты мне скажи одно,
почему бы нам просто вас не перебить всех до одного, а потом обналичить трупы?
Можешь перебить всех до одного, но не видать тебе и цента из этих денег.
Живым тебе тоже далеко не уйти.
Как только снег сойдёт, остальные члены банды,
пятнадцать человек, ждущих в Ред Рок,
придут сюда.
Допустим, ты нас всех положишь.
Если хочешь собрать награду за банду Домерга,
тела придётся доставить в город.
Это будет нелегкая дорога. Вряд ли ты умеешь управляться с упряжкой из четырёх лошадей.
А для двух лошадей фургон снаружи тяжеловат.
Значит, тебе придётся вести лошадей на поводу.
А после метели снега кругом будет по колено,
и всё, что тебе остаётся, это брать по лошади на каждый из трупов.
И вот ты едешь в Ред Рок, ведя на поводу четырёх лошадей,
и вести их по такому снегу
одному-одинёшенькому будет не с руки.
А дальше ты станешь лёгкой добычей для банды Домерг, в которой -
- напомни, Смурной, сколько их?
- Ровно пятнадцать головорезов. - И когда ты встретишь их,
пятнадцать человек, которые в отместку за нашу гибель
убьют не только тебя и твоего ниггера.
Они вернутся в Ред Рок и убьют там всех до единого.
Ты действительно шериф города? Хочешь спасти его жителей?
Пристрели ниггера!
Веришь ли ты в Спасителя нашего, блядина? Скоро ты с ним встретишься.
Кто-нибудь ещё готов пойти на сделку?
Предложение в силе, Крис.
Ещё есть дорога назад.
Пока что виноват только ниггер.
Пристрели его, бери мой труп
и пережди бурю с Дэйзи и Смурным.
Мэнникс!
Дай револьвер!
Бросай!
Если будет по-твоему...
...то мы сидим тут,
мило и непринуждённо...
следующие пару дней...
как только снег тает,
ты возвращаешься в банду и берёшь курс на Мексику?
Именно.
А я беру с собой Джо Гейджа и Освальдо?
Да.
А что насчёт Джоди? Он стоит пятьдесят тысяч.
Хочешь договориться с этой чёртовой шалавой?
Я не говорил, что хочу, мы всего лишь обсуждаем. Остынь.
Так что насчёт его тела и пятидесяти штук?
Ты борзеешь, мятежник, так не пойдёт.
Джоди поедет с нами. У него есть дети.
Значит, если я убью Уоррена... мы с тобой друзья?
Да.
Так не пойдёт, шкура.
Крис, ты совершаешь худшую в своей жизни ошибку!
Через пару дней сюда приедут наши ребята, они отрежут тебе яйца.
А от города камня на камне не останется.
Я сейчас должен уссаться от страха?
Если бы в твоей голове водились мозги, то да.
Видишь ли, Дэйзи,
вот в чём проблема:
Чтобы я испугался твоих угроз,
я должен поверить на слово, что в Ред Рок ждут еще пятнадцать человек.
Но... свежо предание, да верится с трудом.
В чем я точно уверен, так это в том,
что Джо Гейдж, Смурной Дуглас, или хуй-пойми-как-его-звали,
насыпал яд в кофейник,
пока ты за этим наблюдала.
Ты видела, как я наливал себе кофе, и нихера не сказала.
И мне кажется, всё дело в том, что ты всегда была той,
кем являешься на самом деле.
Лживой мандой, которая сделает всё на свете,
чтобы избежать верёвки, которая ждёт тебя в Ред Рок.
В том числе и спиздануть про пятнадцать человек,
если нужно.
Если уж и говорить про то, что осталось от банды Джоди Домерга,
то оно лежит сейчас прямо перед моими глазами.
Лежит, блядь, прямо на полу.
Верно говоришь.
Ты не уйдёшь живым с этой горы, Крис.
- У моего брата за плечами целая армия... - Херня!
У моего отца за плечами была армия! Он вёл в бой армию иятежников, сражавшихся за гиблое дело.
Мой отец собрал под своим флагом четыре сотни человек
одним только уважением к себе.
Твой брат - всего лишь главарь шайки головорезов.
Нехорошо мне.
Твою мать.
Ты жив, белый паренёк?
Мэнникс?
Блядь!
Парень, очнись!
Крис Мэнникс! Оторви свой зад от пола, он не прибит к нему на гвозди!
Проснись, ёб твою мать!
Я ещё не помер, чёрножопый.
Крис Мэнникс, признаю, что недооценил тебя.
А теперь пора перейти к той части,
- Где я снесу ей нахер голову! - Нет, нет, нет, не стреляй!
Какого чёрта.
Вспомни Джона Рута.
Джон Рут был крутой сволочью.
Ты помнишь, что он успел сделать напоследок?
Спасти тебе жизнь.
Нам конец, белый паренёк.
Тут ничего не поделаешь.
Но кое-что мы можем сделать напоследок.
Разобраться с этой паскудой.
Пуля слишком хороша для этой твари.
Джон Рут мог пристрелить её где угодно и когда угодно по пути сюда,
но Джона Рут звали Палачом...
Когда за тебя берётся Палач, можешь забыть про пулю.
Если за дело берётся Палач...
готовься к виселице.
"Всё, что тебе нужно делать - вешать злобных мразей".
"Но чтобы было кого вешать, на свете должны быть злобные мрази..."
Своим первым и последним действием в качестве шерифа города Ред Рок,
я приговариваю тебя, Домерг,
к казни через повешение
Держись, Дэйзи, я хочу поглядеть.
Танец удался на славу.
Отлично вышло.
Слушай...
Можно я взгляну на письмо от Линкольна?
Дорогой Маркиз...
Надеюсь, что письмо дойдёт к вам, когда вы
будете пребывать в добром здравии.
Я в полном порядке,
жалею только о том, что в сутках так мало часов.
Столько всего нужно успеть...
время идёт вперёд, со скрипом, но уверенно...
и такие люди, как вы, меняют его...
Ваши военные успехи - это кредит доверия...
выданный не только вам одному... но всей вашей расе ...
Я горжусь каждый раз, когда слышу о ваших достижениях.
Ещё столько всего нужно успеть, но вместе...
Мы изменим будущее.
Знайте, майор, что вы в моих мыслях...
Надеюсь, судьба сведёт наши с вами пути...
а до сих пор... Я остаюсь вашим верным другом...
Старушка Мэри Тодд зовёт меня...
Стало быть, пора идти ко сну...
Искренне ваш, Авраам Линкольн.
Старушка Мэри Тодд. Хорошо написано.
Да, спасибо.
Перевод: Ахметов Руслан для возлюбленной Диодоры Донской.